— Что ж, хорошо. Ты, очевидно, стала для него настоящим спасением, учитывая, как резко он сдал после смерти Эйлин. Ты дала ему смысл жизни. Не хочу на тебя давить.
Она рассмеялась:
— Нет, я не чувствую никакого давления. Адам, ты не должен ничего об этом рассказывать ему, пожалуйста, пообещай мне!
— Нет, Дана, я не стану. К тому же, что бы я мог сказать, что мы с тобой сидели полуголыми в раздевалке после секса в душе и обсуждали, выйдешь ли ты за него замуж или нет?
Она нахмурилась:
— О, ты умеешь преподносить это в очень негативном свете.
— Ну, это довольно некорректно, тебе не кажется? Мне, наверное, нужно спросить у тебя, почему, Дана? Зачем ты занимаешься со мной сексом и затеваешь все то, чем мы занимались сегодня, если думаешь, что Харли может сделать предложение? И, тем более, если ты собираешься принять его!
Она подняла брови и посмотрела на меня так, словно ответ был совершенно очевиден:
— Он еще не сделал мне предложение, Адам. А может, и не будет. Я должна жить своей жизнью и делать то, что считаю правильным, и сегодня мне показалось, что все было очень правильно, — она помолчала, подняв на меня взгляд из-под длинных ресниц. — Но если он все-таки сделает мне предложение, и я соглашусь, то все кончится. Дороги назад не будет, потому что если я собираюсь стать невестой, а потом женой, то буду полностью предана одному мужчине. Верность, преданность, как угодно, для меня важна.
— Молодец, Дана. Думаю, это очень важно для Харли.
Она снова пожала плечами:
— Я бы потребовала этого от него, я не могу предложить меньше, чем я бы потребовала для себя.
Я рассмеялся:
— Дана, это не проблема. Он как-то сказал мне, что был абсолютно верен Эйлин все 28 с лишним лет их брака. Значит, ты вторая женщина, с которой у него был секс за последние 30 лет.
Теперь она рассмеялась:
— Да, он мне это сказал, когда мы были вместе в первый раз. Он кончил почти сразу, как только я его коснулась, первые несколько раз. Очень преждевременно, понимаешь? Но он объяснил, как это происходит, почему он так сильно возбуждается, и он знал множество разных способов заниматься со мной любовью, даже когда уже кончал, так что все было в порядке.
Она снова улыбнулась, вспоминая:
— Это было довольно забавно, когда большой грубый мужчина, как подросток, брызгал куда попало. Он так смутился, но мы довольно быстро с этим разобрались, и с тех пор всё просто фантастически.
Я сочувствовал Харли и отчасти жалел, что она мне об этом рассказала. Это второй по силе страх мужчины в сексуальной ситуации, особенно это унизительно с новой партнершей, и есть некоторые вещи о парнях, с которыми я работаю, которые мне просто не нужно – или не хочется – знать!
Я, всё ещё голый, встал и потянулся за полотенцем, чтобы обмотаться.
— Что ж, Дана, как бы мне ни понравился этот вечер, а мне он очень понравился, нам, наверное, не стоит проводить всю ночь в душевой кабинке и разговаривать. Нам обоим нужно лечь в постель.
— Ты прав, я действительно устала. Можно я поцелую тебя на ночь?
Я улыбнулся:
— Конечно, тебе даже не нужно спрашивать.
Я наклонился для поцелуя, но это было не то, что она имела в виду. Она протянула руку и обхватила одной рукой мои яйца, другой взяла мой вялый пенис и начала поглаживать и разминать мою вялую плоть, затем наклонилась и взяла меня в рот.
Лихие 90-ые. Глава 02 - Покупка