(и уже очень долгожданного секса), но интернет в служебном жилье наличествовал, так что было терпимо.
Поселили её в уютном сельском доме, арендную плату за который вносил региональный департамент образования. В него было два входа: один – с улицы, через крыльцо, второй – из закрытого двора. Отапливался дом газом, в сенях были оборудованы туалет и душ. В единственной уютной комнате стояли кровать с панцирной сеткой, продавленный диван, буфет, трюмо и другие элементы мебели, название которых уже никто не знает.
Владела домом очаровательная баба Клава. Дети забрали её из деревни в город, но она раз в пару недель приезжала в гости к своей квартирантке. Старушка была очень простой (это когда простота – хуже воровства), но Марину хорошо воспитали, и она приветливо встречала хозяйку, угощала чаем с вареньем и позволяла шариться по шкафам. Там, кроме монашеских юбок, кофточек под горло и целомудренных трусиков-слипов всё равно ничего предосудительного не было.
В школе девушке дали чудесных первоклашек, она с удовольствием разучивала с ними стихи, водила на прогулки и устраивала утренники с театральными представлениями. Первый учебный год прошёл замечательно, довольны были детишки, довольна была и Марина, а ею был доволен толстый лысый пятидесятилетний директор школы, Фёдор Павлович.
Но на второй год идиллия пошатнулась. Учительница математики старших классов серьёзно заболела и раньше времени ушла на пенсию. Так что Марине поручили уроки алгебры и геометрии в единственном в школе одиннадцатом классе. Большинство детей уходило в техникумы после девятого класса, и в одиннадцатый попали только самые перспективные, либо самые бесперспективные. Таковых набралось всего четверо.
Старшая школа располагалась в отдельном от начальной здании, и сразу неприветливо встретила Марину. По коридорам носились оголтелые девятиклассники, учителя были безразличными и даже здоровались через раз. А одиннадцатиклассники привели утончённую девушку в полный шок. Как из очаровательных первоклашек вырастают такие отморозки, она не понимала.
***
Мария Ивановна отвернулась от доски, подняла тряпку с пола и посмотрела на учеников. За партами сидели два парня и две девушки. Если есть Марь Ивановна, значит, как в известных анекдотах, должен быть и ученик Вовочка. Вова был прыщавым, несимпатичным, маленького роста, но с плотным телосложением. Наглый школьник был основным кошмаром учительницы. Его отец работал главным механизатором, являлся зажиточным по сельским меркам и материально помогал школе. Только потому его сынка-дебила, не поступившего даже в ПТУ, до сих пор не отчислили. Директор самостоятельно исправлял двойки в журнале, которые ставили «трактористу» учителя, и безнаказанный хам творил что хотел. Тряпку кинул естественно он.
Вовочка нагло улыбался, смотря в глаза преподавателя. При этом под партой хорошо было видно, что руку он держит под юбкой между ножек своей соседки Киры. Кира была очень глупенькой, но невероятно красивой девушкой. Соломенного цвета волосы, голубые глаза, налитые груди и широкие бёдра. Даже сидя было понятно, что блондинка на полголовы выше соседа. Она рано созрела и было очевидно, что быстро и завянет. Хотя, живи она в городе с богатым мужем, занимайся йогой и фитнесом, и красота продержалась бы лет до пятидесяти точно. Но её мама не поощряла амбиций девушки и заставляла ту готовить брак с сыном главного механизатора, лучше синица в руках. А потому Кира позволяла Вовочке всё, правда вела себя при этом абсолютно безразлично, как тёлка на лугу.
Второго юношу в классе звали Витёк. Не Виктор, не Витя, а именно Витёк. Он был беззлобным, не то что его одноклассник, но таких как он все называют «озабот». Парень с вечной похабной ухмылкой на лице тянул руки ко всем существам женского пола в радиусе доступности. На первом же занятии он
Женская сказка