головой, взял ее за подбородок и повернул ее лицо к себе.
– Открой рот, – сказал он мягко, но в его тоне звучала неоспоримая команда.
Ольга послушно открыла рот. Ринат направил свой член ей в лицо. Он не стал сразу грубо вставлять его ей в глотку, как делают в порно. Он начал с нежности: погладил ее щеку головкой, провел по губам, заставив их раскрыться еще шире. Затем он медленно, сантиметр за сантиметром, ввел его ей в рот. Она не сопротивлялась, ее язык принял его, обвил, начала сосать, хотя сил почти не осталось. Ринат положил руку ей на затылок, не надавливая, просто контролируя глубину. Он двигался в такт движениям Марата – когда тот давил на ее промежность, Ринат чуть глубже входил ей в рот. Они работали как слаженный механизм, используя ее тело одновременно, но по-разному.
Ольга теряла связь с реальностью. Ее сознание сузилось до двух точек контакта: жесткого, скользящего члена между ее ног и такого же жесткого, пульсирующего члена во рту. Она была полностью подчинена, заполнена, использована, и это пробуждало в ней какую-то первобытную, животную радость. Слезы выступили на ее глазах от переизбытка ощущений. Она застонала, и звук, приглушенный его членом во рту, заставил Рината вздрогнуть.
– Кончает, – сквозь зузы прошипел Марат, почувствовав, как ее тело начинает биться в новой судороге под ним.
Он ускорил движения, его яйца шлепали по ее мокрой промежности. Ринат, не выдержав, схватил ее за волосы и начал активно, уже без церемоний, трахать ее рот, глубоко заходя в горло. Ольга заходилась в кашле, но не отталкивала его. Наоборот, ее руки вцепились в его ягодицы, притягивая его ближе.
Марат кончил первым – с тихим стоном, извергнув новую порцию горячей спермы ей на спину и ягодицы, продолжая тереться о ее кожу. Почти сразу за ним, с хриплым криком, оргазм накрыл Рината. Он вытащил член у нее изо рта и облил ее лицо, шею и грудь густыми, белыми струями. Ольга, все еще дергаясь в остаточных конвульсиях собственного оргазма, ловила ртом капли, облизывала губы, улыбаясь сквозь слезы и сперму.
К вечеру сил не осталось. Ольга проводила своих новых знакомых и достала из письменного стола маленькую тетрадку в клетку. Номера 26 и 27. Они заслужили свои почётные места в списке тех, кто заполнил собой её мысли и её тело, хотя бы на время.