Медленно, на дюйм, потом ещё. Я чувствовала, как он растягивает меня, как наполняет. Я уже давно не ощущала этого. Такой полноты, такого жара. Я обхватила его ногами, притянула ближе, и он вошёл полностью. Мы замерли на секунду, глядя друг другу в глаза.
— Господи... — выдохнула я.
Он начал двигаться. Сначала плавно, раскачивая меня на столе. Я откинулась на локти, и он наклонился, целуя меня в шею, в ключицу. Я чувствовала его дыхание, его пот, его жар. Каждый толчок отдавался во мне, нарастая, как волна. Я сжимала его внутри, и он застонал.
— Какая ты узкая, — прошептал он. — Тебе хорошо?
— Да... — я почти плакала от ощущений. — Ещё... не останавливайся...
Он ускорился. Стол заскрипел, заездил по кафелю. Я боялась, что нас услышат, но мне было всё равно. Я хватала ртом воздух, вцепившись в край столешницы. Он взял меня за бёдра, приподнял и начал вколачиваться глубже, резче. Я вскрикнула, закусив губу до крови.
— Тише, тише, — он зажал мне рот ладонью. — Не выдай нас.
Я кивнула. Он убрал руку и снова поцеловал меня, заглушая мои стоны. Я чувствовала, как внутри всё сжимается. Близко. Очень близко. Я вцепилась в его плечи, притягивая к себе, и он понял. Он двигался ритмично, глубоко, и я рассыпалась на части.
Оргазм накрыл меня горячей волной. Я выгнулась, прижавшись к нему, и замерла, дрожа. Внутри всё пульсировало, сжимало его. Он застонал, уткнувшись мне в шею, и я почувствовала, как он кончает. Горячо, толчками, заполняя меня. Я держала его, гладила по потной спине, пока он не затих.
Мы стояли так, тяжело дыша. На кухне пахло сексом и потом. Холодильник вдруг загудел, оживая.
— Ну вот, — сказал он, улыбаясь и отстраняясь. — И холодильник починил.
Я засмеялась, поправляя платье. Трусы валялись на полу. Я подняла их, сунула в карман. Он застегнул джинсы, натянул рубашку.
— Приду ещё, если что, — сказал он, и в глазах его блестели смешинки.
Я проводила его до двери. Из спальни доносился храп мужа. Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. На губах ещё был его вкус, на коже — его запах.
Я пошла в ванную, умылась холодной водой. Посмотрела на себя в зеркало. Щёки горят, глаза блестят. Я улыбнулась своему отражению.
На кухне закипел чайник. Я налила себе свежий чай и села у окна. Соседка всё ещё гуляла с собакой. Я смотрела на неё, но видела не её, а его руки, его глаза. Я отпила горячий чай и почувствовала, как тепло разливается по телу. Внутри ещё была лёгкая дрожь, как после танца. Я знала, что он вернётся. И я его дождусь.
18.46. Глава 2.
Совращение.
Вечером они пришли снова. Витька, Колян и ещё один, Славка. Принесли поллитру, пиво, солёные огурцы в банке и колбасу, нарезанную толстыми кругляшами. Муж обрадовался, засуетился, выставил рюмки. Я надела короткий сарафан, тот, что с тонкими бретельками.
Они расселись за тем же столом. Я села слева от Витьки. Чувствовала его взгляд на своей груди, на бёдрах. Он пил водку, крякал, закусывал огурцом, а глаза так и рыскали по мне. Славка что-то рассказывал про рыбалку, Колян поддакивал. Муж смеялся, хлопал их по плечам.
Я под столом, не спеша, скрестила ноги, потом медленно развела их. Чуть-чуть. Витька замер с рюмкой у губ. Он увидел. Я поймала его взгляд и не отвела. У него челюсть отпала, он сглотнул, и водка чуть не выплеснулась.
— Вить, ты чего? — спросил муж. — Плохо?
— Да нет, — Витька откашлялся. — Закуска что-то... пересохло.
Как быть с кобелем. Практическое пособие