Тётя Галя вечером, матеря Сергея и всю их семейку, сообщила – у Толички перелом нижней челюсти в двух местах и сломан нос.
Именно беспощадный отстраненный взгляд тогда вызвал непроизвольный животный испуг у Марии.
Где сейчас тот страшный человек? Улетучился? Руки по-детски сложены ладонями друг к дружке и подложены под щёку.
Простыня сползла. Член умиротворён подобно хозяину, свисал на бок. Головка в бороздках оголена. Шикарный. И почему ей в своё время не нравился пенис мужа? Данный экземпляр вызывал умиление и оживлял бабочки в животе. Потихоньку сползла к нему. Посмотрела на Сергея – спит как цуцик. Тихонько коснулась уретры языком. Равномерными круговыми движениями подразнивала спящий орган. Он достаточно быстро откликнулся, стал набухать. Кровь накачивалась в пещеристые тела. К языку присоединились губы. Мягко обхватила ими головку, язычок же продолжал щекотать уздечку, отверстие мочеиспускательного канала. Сергей только постанывал и не сильно ворочался. Машу заводила игра. Оторвала рот от члена. Приподнялась, чтобы видеть лицо мужчины. Тонкие пальцы продолжили игры с эрегированным органом. Эмоции выдавали спящего. Удовольствие он несомненно получал. Из уретры сочилась смазка. Язык коснулся тягучей массы, потянул за собой серебряную паутинку. Член вытянулся параллельно животу, но не касался его. Не пора ли заканчивать? Заглотила наполовину копьё, начала энергично работать головой, нанизываясь ртом. Сергей застонал, повернулся на спину. Пенис дрогнул и оросил нёбо. Четыре струи наполнили ротик. Проглотила сперму до капельки.
— Всю жизнь мечтал так просыпаться. Впервые исполнилось, - произнёс Сергей.
Не выпуская члена перевела взгляд на его лицо. Едва проснулся. Один глаз сонно зажмурен. Улыбается.
— Мне пришла интересная идея. Ты же теперь моя женщина?
— Сомневаешься?
— А собственность принято метить.
— Да? Как?
— Пойдём в ванную.
В ванной пропустил вперёд. Показал на душевую:
— Заходи. Вставай на колени.
Маша удивилась, но выполнила распоряжение.
— Смотри на меня, - приказал Сергей.
Подняла наивные глазки. Взял правой рукой член, оголил головку и направил её на лицо женщины. «Что он задумал? Не может быть. Только не это», - мысли путались в голове. Горячая струя ударила в лицо. Смятение сменилось чувством жгучего унижения. Моча бежала водопадом, проникая в рот, даже через сомкнутые губы. Когда Сергей закончил, потребовал:
— Возьми за щеку.
Безропотно открыла рот.
— Умница, - поводил членом по лицу. - Мойся.
Маше показалось, что её изнасиловали.
Вышла из душа будто другим человеком. Однако Сергей не заметил перемены.
— Готовь завтрак. Пойду ополоснусь.
Три недели трахались как кролики. Все ночи Сергей проводил у Маши. Минимум дважды в день он орошал семенем её вульву. Купалась в ласках. Периодически утренняя побудка сопровождалась золотым дождём. Привыкла к приятному унижению. Сергей пояснил, таким способом он выбил из неё спесь.
— Женщина должна знать своё место. Охренели со своей эмансипацией. Будешь делать, что я скажу и ублажать меня так, как я скажу.
Маша не возразила. Почему-то нравилась его непререкаемая и все подавляющая воля.
Сегодня приезжают отпускники. Утром после завтрака Сергей имел её прямо на столе.
— Прости, я обязан это сделать.
Маша лежала грудью на столе, трусы спущены до колен.
— Раздвинь ягодицы.
Послушно потянула упругие булочки в стороны, открывая анус. Знала, чего он хочет. Ведь и не скрывал своего желания взять её анально. Сергей черпанул из маслёнки изрядную порцию сливочного масла, размазал его по шоколадной дыре. Обтёр посудным полотенцем руку. Направил член. Надавил. Резкая боль вызвала у Маши головокружение. Благо Сергей остановился. Маша выдохнула, расслабилась, и в этот момент он надавил снова. Колечко ануса раскрылось и член, растягивая, вошёл наполовину. Остановился. Поглаживал поясницу, успокаивая. Третьим толчком загнал копьё полностью. Короткими фрикциями расслаблял узкое очко. Боль переродилась в удовольствие. Пенис распирал изнутри прямую кишку, двигался медленно. Пальцы