Эльвира молчала. Его пальцы снова прошлись по промежности, теперь медленнее, настойчивее, и она почувствовала, как между ног становится горячо и влажно.
Она не отстранилась и не заговорила. Чужой человек. Он не знал её имени, не знал, что час назад она лежала под Андреем, не знал, что у неё завтра зачёт, — и от этого было остро, как от глотка ледяной воды на горячее горло. Его пальцы снова прошлись по шву, и Эльвира почувствовала, как внутри всё сжимается внизу живота, как влага пропитывает трусики. Это было животное, тёмное, незнакомое ей самой возбуждение — не от ласки, а от того, что ласкает совершенно чужой человек, которого она видит впервые и, может быть, больше никогда не увидит.
Она повернула голову и посмотрела ему в глаза. Не опустила взгляд, не сделала вид, что ничего не происходит. Он смотрел прямо, спокойно, с той же лёгкой ухмылкой, и его пальцы не останавливались ни на секунду. Тогда Эльвира положила ладонь ему на брюки, туда, где под тканью уже набухла плотная выпуклость, и стала поглаживать — медленно, с нажимом, чувствуя, как член под её пальцами твердеет и приподнимает ширинку.
Около минуты они ласкали друг друга молча, в такт покачиванию автобуса. Его рука тёрла её через джинсы, её ладонь сжимала его через брюки, и между ними не было сказано ни слова. Потом парень наклонился к её лицу и жадно поцеловал — впился в губы, сразу глубоко, проталкивая язык ей в рот. Эльвира ответила так же жадно, вцепившись свободной рукой в его плечо, и её пальцы на ширинке задвигались судорожно, расстёгивая пуговицу, дёргая молнию вниз.
Он не отрываясь от её губ расстегнул её блузку, вытащил из чашечки лифчика маленькую грудь, сжал сосок между пальцами. Эльвира застонала ему в рот, выгнулась, помогая ему стянуть с себя джинсы, — приподняла бёдра, и он сдёрнул их вместе с трусиками до колен. Она высвободила ноги, отбросила джинсы на соседнее сиденье и, оторвавшись от его губ, вытащила его член из расстёгнутой ширинки — красивый, толстый, с налитой головкой, уже влажной на конце. Эльвира наклонилась и взяла его в рот, обхватила губами, провела языком по стволу снизу вверх, чувствуя, как он вздрагивает у неё во рту.
Через несколько секунд член парня уже торчал колом — твёрдый, с налитой багровой головкой, блестящей от её слюны. Эльвира провела языком по уздечке, сжала ствол у основания, и он вздрогнул, застонал сквозь зубы. Она подняла голову, посмотрела ему в лицо — в полутьме салона его глаза горели, и ухмылка стала шире, злее. Тогда она перекинула ногу через его бёдра, упёрлась коленями в сиденье по обе стороны от него, взяла его член в ладонь и, придерживая, стала опускаться. Головка раздвинула её — мокрую, горячую, — и Эльвира выдохнула, запрокинув голову, когда он вошёл до конца, заполнив её всю разом.
Она начала скакать на нём — резко, без раскачки, поднимаясь почти до самой головки и обрушиваясь вниз, насаживаясь до основания. Автобус трясло на неровностях, и каждый толчок подбрасывал её, заставляя вскрикивать. Парень сжал её бёдра, впился пальцами в ягодицы, задавая темп, и одновременно наклонился к её груди — поймал губами сосок, втянул его, засосал, провёл языком по напряжённой вершинке. Эльвира застонала громче, запустила пальцы в его тёмные волосы, прижала его лицо к себе. Он постанывал от удовольствия, не выпуская её грудь изо рта, и вибрация его стонов отдавалась в ней, как ток.
Это продолжалось несколько минут. Салон наполнился влажными шлепками,
Паралельная вселенная (Части 1 - 7)