Я всегда считал, что инцест — это тяжкий грех, наказуемый не только людьми, но и Всевышним... Сегодня, в свои 32 года, я понимаю это глубже, чем когда-либо. Есть красавица сестра Алина, чуть младше меня. Мы с сестрой переступили черту, из которой нет возврата, и теперь платим за это, всю жизнь. Наша связь началась нечаянно, из любопытства и близости, но выросла в нечто всепоглощающее — в любовь, которая разрушила всё остальное. Мы наказаны за это: у нас нет нормальных семей, нет детей, только мы вдвоём, в вечном грехе и вечном желании... Да простит нас Всевышний...
Всё началось в те далёкие дни отрочества, на заросшей тополями улице, где мы часто играли большой компанией. Была там и малышня, и дети постарше. В то время, чтобы пообщаться со сверстниками, надо было выйти на улицу. Встречались там и своеобразные типы. Например, об одном женоподобном мальчике, нашего двора, ходили слухи, что он «даёт» в попу, правда за деньги. И как нестранно, многие парни уже «были с ним». В то время я уже вовсю интересовался вопросами секса, но девушки у меня не было. Обмирая от желания и стыда, я подошёл к Ильдару и, не глядя на него, спросил: — Э-э-э, у меня есть деньги. Столько хватит? — Заливаясь краской, протянул я собранную за неделю сумму карманных расходов. Он понял сразу и даже протянул руку, но я убрал деньги в карман, давая понять, что не простак.
— Хорошо, пойдём, — тут же предложил он. — Куда? — опешил я. — К тебе!
Жили мы в соседних домах и у меня дома, действительно никого не было. Мы направились туда. Дальше всё было как во сне... Ильдар, нисколько не смущаясь, осмотрелся, спустил штаны до щиколоток и опустился на колени у дивана, положив туловище на сиденье. Женоподобные, белые ягодицы его, ослепили меня. При должном уровне воздержания и желания, их даже можно было принять за девичьи. Я тоже спустил штаны, мой член сразу встал, и я зачарованно опустился сзади, рассматривая, куда его вставлять. Мой возбуждённый орган упёрся в ногу парня. Ильдар снова показал сноровку и раздвинул "булки". Его темно-розовый, сморщенный анус то сжимался, то расслаблялся неровной звёздочкой.
— Погоди, — остановил он меня. Смачно плюнул на ладошку и размазал слюну по очку.
— Давай, — скомандовал он. Безволосые яички его, поджались в тугой мешочек, а стручок пиписьки стоял, как небольшая белая палочка, с розовой залупой на краешке. Мой член был куда больше, и я с осторожностью приставил его, к подрагивающему очку. Залупа открылась полностью, проникая в горячее нутро. Это оказалось несложно — наверное, сказывалась опытность Ильдара. Он кряхтел, помогая мне входить, подаваясь навстречу. Внутри его очка, было жарко и тесно. Головка упёрлась в новую преграду, Ильдар нетерпеливо двинулся навстречу. От этого движения, член провалился в него на всю длину, попав в какое-то широкое мягкое место.Тут уже природа взяла своё, и я решительно задвигал бёдрами. Руки сами легли на ягодицы парня. Я впервые ебал кого-то, и у меня от этого действа кружилась голова. Ильдару, похоже, это тоже нравилось. Его тело размякло подо мной, он тихо постанывал, подмахивая, и я чувствовал себя взрослым, сильным, греховно всемогущим. Каждый толчок отдавался волной острого кайфа — я трахал мальчишку, своего соседа, в своей комнате. Это было неправильно, грязно, но именно поэтому так сладко.
Я представлял, что это ягодицы девушки, и отрешился от действительности. Всё ближе было приближение экстаза, я вспотел и дышал тяжело, "накачивая" парня в очко. А потом я начал спускать, не
игры аннушки