Утром следующего дня, позавтракав, я решил сменить деятельность и вместо наведения порядка заняться перекопкой огорода, пока не жарко. Настя, проснувшись, уехала в город за продуктами и вернулась ближе к обеду; я услышал, как захлопываются въездные ворота. Через некоторое время она выглянула из-за двери.
— Я ещё ничего не готовила, может, на обед просто попьём чай с бутербродами? Я купила колбасы, филе и сыр.
— Я не против.
— Может, прямо здесь? На свежем воздухе.
Настя указала на беседку возле дома, обвитую виноградом. Внутри беседки, в самом дальнем углу, стоял большой мангал, в центре располагался большой массивный стол прямоугольной формы и две широкие лавочки. Всё было сделано очень давно из толстого, необработанного дерева; со временем дерево потемнело и местами потрескалось от влаги и солнца.
Я кивнул в знак согласия и пошел с лопатой к колонке, чтобы умыться и помыть руки. Когда я подходил к беседке, Настя уже накрывала на стол, несколько раз сходив на кухню и принеся всё необходимое. Только сейчас я смог как следует её рассмотреть.
Как всегда, её чёрные волосы были собраны в конский хвост, на ногах - простые тапочки, а на теле - всего лишь одна футболка. Это была довольно старая, но в хорошем состоянии рыжая футболка, явно большого размера. Ворот почти сползал с одного плеча, обнажая гладкую линию ключицы и начало соблазнительного изгиба. Длина её была не такой уж и большой - едва прикрывая верх бёдер, она оставляла взгляду полную свободу любоваться упругими, округлыми формами Настиных бёдер. Каждый раз, когда она наклонялась, чтобы поставить кружки, край футболки задирался, открывая полоску кожи там, где бедра переходят в нижний свод ягодиц - ту самую таинственную, манящую ложбинку.
Судя по мягким, но отчётливым очертаниям груди, под тонкой тканью футболки явно не было лифчика. Соски, твёрдые и набухшие, проступали сквозь материал, словно приглашая к прикосновению. Да и наличие трусиков оставалось под большим вопросом - каждый её движение, каждый изгиб тела намекал на то, что под рыжей тканью скрывается лишь голая, гладкая кожа.
Мы сели за стол напротив друг друга и начали обедать, поедая бутерброды и запивая их чаем. Настя молчала почти всё время, лишь изредка поглядывая в свой телефон, лежавший на столе. Закончив есть, я решил завести разговор первым.
— То есть ты никогда не работала юристом?
— Нет, - лениво и спокойно ответила Настя, переводя взгляд от телефона на меня. Её зелёные глаза будто светились изнутри, ловя моё замешательство.
— И всё, что ты заработала, принесло твоё... хобби? - с трудом подбирая слова, выдавил я.
— Хобби? - Настя медленно заулыбалась, уголки её губ задрожали от сдерживаемого смеха. - Ну, наверное, можно сказать и так. Да, сейчас это мой основной источник дохода.
— Я не знал, что приватные танцы приносят столько денег.
Глаза Насти вспыхнули - в них заплясали искры вызова и тайного знания. Она откинулась на лавке, и рыжая ткань футболки натянулась на груди, подчеркнув каждый её изгиб.
— Ты не до конца меня понял. Я не просто устраиваю приватный танец или мастурбирую на камеру. Я устраиваю настоящее сексуальное шоу.
— Шоу?
Немного подумав, Настя взяла свою кружку с чаем и, обойдя стол, пересела на лавку ко мне с правой стороны. Она села вполоборота, и я сразу почувствовал её мягкий, сладкий запах, смешанный с нотками чего-то тёплого и возбуждающего.
— Ну вот, смотри. Есть различные виды сексуальных утех: начиная от классического секса, ролевых игр, разных фетишей и БДСМ. Ты понимаешь, о чём я говорю? - Сделав глоток чая, она смотрела на меня с хитрым прищуром, будто изучая
Мой любимый гей (продолжение2)