Андрей вошел в свою комнату с драгоценной и любимой ношей на руках: Ольга так и не пришла в сознание. Он осторожно положил ее на кровать, и прикрыл легким покрывалом. Потом повернулся, чтобы закрыть за собой дверь, как вдруг услышал тихий стон, донесшийся с постели. Он испуганно посмотрел на жену: она лежала с закрытыми глазами, и улыбалась. Иногда ее тело коротко вздрагивало, и тогда она начинала двигаться под покрывалом, хаотично перебирая руками и ногами.
Андрей быстро сходил в душ и привел себя в порядок. Непонятно откуда взявшаяся дрожь в ногах прекратилась, как только он выпил добрую дозу виски, и развалился в кресле, прикрывшись полотенцем. Он смотрел на жену каким-то отстранённым взглядом, в беспамятстве лежащую на постели, как будто видел ее в первый раз. События последних часов наслаивались в его сознании друг на друга, перемешиваясь с безумными фантазиями и неожиданными видениями, рожденными арабской травой, и Андрею уже трудно было отличить реальность от вымысла.
Он словно попал под какие-то адские жернова судьбы, перемоловшие его сознание, полностью изменившее его представление о системе ценностей и поставив суть взаимоотношений между мужчиной и женщиной, даже не с ног на голову, а как-то раком. Он дал возможность вырваться своим внутренним демонам на свободу, и Ольга, как это не странно, послужила главным катализатором этого полового экзорцизма.
Жена до сих пор не пришла в себя, и Андрей с некоторой тревогой привстал с кресла, чтобы посмотреть на нее. «Надо же так ухайдакать бабу, – беззлобно подумал он, – интересно, она там дышит вообще?» Андрей перевел взгляд с лица на тело жены, и вздрогнул: покрывало отчетливо двигалось.
Ольга лежала на боку, лицом к нему и улыбалась. Андрей подполз к ней, стараясь не разбудить, и осторожно приподнял покров: ему вдруг стало немного неловко от того, что он стал незваным свидетелем происходящего. Одной рукой Оля тискала свои груди, а другой ласкала промежность, зажав руку между ног. Вдруг она перевернулась на спину и тихонько застонала.
«Она что, сегодня, вообще не угомонится никогда? – Андрей с удивлением смотрел на непристойные манипуляции жены под покрывалом, – неужели эта арабское снадобье действует до сих пор?». Ольга играла с клитором, теребя его подушечкой среднего пальца, и лаская свои набухшие складочки остальными пальчиками. Андрей не помнил, чтобы видел воочию такую откровенную мастурбацию жены. Он подполз к ней поближе, прилег рядом на живот, и стал потихоньку задирать покрывало вверх, обнажая ноги супруги.
Ольга лежала на спине неплотно сомкнув ноги, и тяжело дышала. Вот выглянули ее коленки, которые слегка вибрировали, то соединяясь, то расходясь в стороны; потом показались ее загорелые бедра: они так манили к себе, что Андрей непроизвольно провел по ним рукой. Словно в ответ на его прикосновения, бедра Ольги разошлись в стороны, покрывало задралось, и Андрей так близко оказался возле лона жены, что у него захватило дух: ее пальцы массировали набухший клитор, иногда перемещаясь во влагалище на всю длину, насколько позволяла эта поза, и затем возвращались обратно, пробегая каждую складочку.
Андрей втянул носом и почувствовал запах чужих мужских выделений, и его член... Шевельнулся при этом. Он пододвинулся поближе к жене, и в упор стал рассматривать, как изящный наманикюренный пальчик неутомимо скользит по блестящей горошине, то появляющейся между складок кожи, то исчезающей за непристойными движениями пальцев рук. Андрею не хотелось мешать Ольге получать удовольствие: одному богу было известно, что ей сейчас снилось, и снилось ли вообще, но удержаться от соблазна было выше его сил.
Когда еще представится такая возможность?
Андрей наклонился над лобком жены, и, улучив момент, хотел поцеловать блестящую
Без тебя