Сергей — для семьи, для дома, для спокойной жизни.
Борюсик — для тела, для дикого, грязного секса, который она теперь жадно желала.
Эта мысль больше не вызывала у неё паники. Наоборот — принесла странное облегчение. Пазл в голове наконец сложился. Она больше не чувствовала себя чудовищем. Она просто была женщиной, которой нужно разное от разных мужчин.
Днём она снова стала прежней Анной — мягкой, заботливой и ласковой. Готовила Сергею его любимые блюда, слушала его рассказы о работе, улыбалась, когда он обнимал её сзади на кухне. Поддерживала, хвалила, гладила по голове. Сергей расцветал на глазах, думая, что кризис прошёл и жена вернулась к нему.
Но когда дело доходило до секса, всё менялось.
В первую же ночь после их примирения Сергей, полный надежд, начал её ласкать. Целовал шею, осторожно мял грудь, нежно гладил между ног. Анна лежала и старалась отвечать, но уже через пару минут почувствовала знакомое раздражение. Его прикосновения казались слишком мягкими, слишком правильными, слишком... скучными.
Когда он всё-таки попытался войти в неё, она тихо, но твёрдо положила ладонь ему на грудь и остановила:
— Сереж... не сегодня. Я устала.
Сергей замер, но ничего не сказал. Просто кивнул и отстранился.
На следующую ночь всё повторилось. Он старался, целовал её тело, пытался сделать куни, но Анна уже через минуту напряглась и прервала его:
— Давай просто обнимемся... — сказала она, и в голосе явно прозвучало раздражение.
Сергей выглядел расстроенным, но снова проглотил. А Анна лежала в темноте, глядя в потолок, и думала:
«Я же не могу ему сказать, что его нежные прикосновения теперь вызывают у меня только скуку. Что после Борюсика его член кажется мне... недостаточным. Что мне хочется, чтобы меня просто грубо взяли!».
В её голове план был уже чётким и логичным. Но воплощать его в жизнь, пока Сергей постоянно дома, было страшно.
«А вдруг он что-то заподозрит? Вдруг узнает? Бросит меня? Останусь одна с ипотекой и маникюром...»
Поэтому она продолжала ждать. Улыбалась мужу, поддерживала его, играла роль хорошей жены. И каждый вечер, когда Сергей засыпал, она тихонько брала телефон и смотрела в чат с Борюсиком, чувствуя, как внутри медленно разгорается голод.
Она ждала момента...
Сергей чувствовал, что в их доме что-то изменилось.
Вроде бы всё было как всегда: Анна улыбалась, готовила, спрашивала, как прошёл его день, вечером они смотрели сериал, обнявшись на диване. Она снова стала мягкой и заботливой. Но что-то было не так. Что-то неуловимое, как тонкая трещина в стекле.
Он замечал, как она иногда резко прерывает его ласки. Как в её глазах на секунду вспыхивает раздражение, когда он пытается быть нежным. Как она отводит взгляд, когда он говорит о том, как сильно её любит. А потом это раздражение исчезало так же внезапно, как и появлялось, и она снова становилась тёплой и ласковой.
«Это всё моя вина», — думал Сергей каждый вечер, лёжа без сна. — «Я слишком устал на вахте. Не могу нормально удовлетворить женщину. Она молодая, красивая, а я...»
Он очень старался. Каждый день. Приносил цветы, делал массаж ног, помогал по дому, говорил комплименты. Но чем больше он старался, тем тяжелее становилось на душе. Скоро снова ехать на две недели. А он так и не отдохнул по-настоящему. Тело ныло, в голове постоянный туман, а главное — он чувствовал, что теряет жену, хотя она и рядом.
«Анна тоже работает, — внезапно осенило его одним вечером. — Тянет весь быт, когда меня нет. Клиентки, уборка, готовка, одиночество... У неё даже нормальных подруг почти нет, все семейные, все в делах.»
Взросление 2