он расстегнул свой гигантский чемодан и продемонстрировал мне его абсолютную пустоту. Я решила уточнить значение этой демонстрации:
— Здесь ты держал ту загадочную женщину, не дающую тебе покоя, но она сбежала, пока мы предавались похоти? Решила, ну его, слишком долго ждать своей очереди?
Он хохотнул, хотя остроты, будучи на нервяках, я выдавала сомнительные. А нервы у меня почему-то звенели.
Дядька развел руками:
— Выдумал я весь этот отъезд и самолет, чтобы к тебе в гости попасть, маленькая моя. И даму эту выдумал, чтобы тебя раззадорить. Ну, точнее, ее-то не выдумал, вот она передо мной стоит красивая и даже голая...
Я думала, что уже забыла, как краснеть, но ошибалась.
— Почему ты не мог просто позвонить мне?! Знаешь, как сильно я ждала? Что за идиотизм!
Он не спорил.
— Идиотизм и есть, чистой воды. Просто втрескался я по уши, что для меня, мягко говоря, нетипично. Вот и веду себя как идиот.
Мы замолчали.
— Разыгрываешь что ли, — наконец тихо сказала я, пряча лицо в ладошках, — ты же меня совсем не знаешь, тебе просто нравится со мной трахаться.
Он криво ухмыльнулся:
— Так и ты меня не знаешь, а говоришь, что ждала. Кого ждала-то?
Я смущенно пожала плечами.
Он привлек меня к себе, прижал крепко-крепко. И так бережно, что внутри все ухнуло вниз, будто на страшной карусели в парке аттракционов. Я уткнулась ему в грудь, почувствовала, как быстро дышит.
— Нетипично для него, видите ли. Так я и поверила!
— Может человек начать новую жизнь? — спросил он философски, — или не может?
«Я в домике — подумала я. — Мы в домике. И будь что будет.»
— Раз так, давай знакомиться? — произнес кто-то из нас.
Фотостудия