и даже те, что проникали наружу, безнадёжно тонули в грохоте и суете работы вокруг.
Сундук снова подняли и понесли вверх по лестнице, после чего снова опустили на пол. Однако же, в этот раз на нём не было ковра, из чего я заключила, что меня принесли не в кладовую. В целом вся моя поездка заняла меньше часа, и мои надежды на спасение вновь обратились в прах. К этому моменту я уже твёрдо решила, что просто обязана сбежать. Даже мои новообретённые сексуальные ощущения не стоили того, чтобы отдать свою жизнь под такой контроль.
— Я думаю, всё прошло удачно, — сказала фрау Бакстер, помогая мне выбраться из тесного сундука и снимая с моей головы тугой резиновый шлем. — Ты им понравилась, Селин.
Я надеялась, что она снимет с меня кляп, и издала несколько звуков, давая ей понять, что я хочу говорить. Она не обратила на это внимания.
— Рабочие внизу будут работать допоздна, чтобы успеть завершить работу, — продолжала она. — Завтра утром приедут другие, чтобы применить свои навыки как следует и подготовить для тебя твою новую комнату.
Сообщая мне всё это, она подвела меня к постели, и очень быстро я оказалась прикована к ней лицом вверх. Вслед за этим она натянула мне на голову ненавистный шлем; всё ещё влажная резина облепила мне лицо, пока она затягивала и застёгивала его у меня на голове. Но моя надсмотрщица, видимо, сообщила мне ещё не всё, что хотела.
— Завтра после обеда к нам придут двое гостей. Первый — мой коллега, а второй — друг твоего отца, герр Штранг. Он прибудет вместе со своей дочерью, Кристель, и она поживёт здесь некоторое время. Так что скоро в твоей новой комнате у тебя будет соседка, хоть и ненадолго.
Вот это новости! Может, я смогу отдать свою записку кому-нибудь из этих людей! Я не была знакома с дочерью герр Штранга, но наверняка, узнав о том, что меня держат здесь против воли, она поможет мне освободиться! Вновь я принялась лихорадочно думать о побеге из этого ада, где меня обездвиживали всё более и более изощрённо. Я снова очутилась одна, но едва обратила на это внимание. Мысль о том, что фройляйн Штранг уже могла пройти сквозь руки моей гувернантки ни разу не посетила меня; напрасно! Я не могла дождаться, пока закончится этот день, до того мне не терпелось встретить эту девушку. Нужно было планировать свой побег! Какой сегодня день? Всё происходило так быстро! Скорее всего, воскресенье; и наши гости, значит, прибудут в понедельник. Часы тянулись невыносимо медленно. Но даже составляя свои планы, я надеялась, что проведу этот вечер в доставляемом самой себе блаженстве; наверняка это поможет мне скорее приблизить рассвет!
Всё произошло так, как и предсказала фрау Бакстер. Рабочие шумели до самого поздна, и поскольку наш дом находился вдалеке от соседей, шум этот не привлекал ничьего внимания, и вскоре стих до обычного будничного гула.
Моя гувернантка вновь проделала со мной обычный вечерний обряд, лишь на короткие мгновения снимая с меня кляп. В одну из таких передышек она быстро и ловко вставила в моё горло шланг, после чего накормила меня через него, причём всё это время я оставалась прикованной цепями к кровати! До этого меня кормили в сидячем положении, но это было куда унизительнее, и она, казалось, от души наслаждалась процессом; особенно когда я запаниковала и истерически забилась в своих цепях, пытаясь не дать ей просунуть шланг в своё горло; и потом, когда она дёрнула за рукоятку, и пища полилась внутрь.
Тяжелый случай