Из-за всех этих действий, я инстинктивно все это время сжимала капу, у меня был минимальный диапазон для укуса. Какого же было мое удивление, когда злодей убрал руки от моего лица. Я тут же попыталась разжать челюсти, и у меня это совершенно не получилось. Проклятая жидкость, была не просто особым видом латекса, но и мощным клеем! Заключив в своих объятиях мой многострадальный рот и чертову капу!
Я почувствовала, как полужидкая резина просочилась между моими зубами и заполнила все полости между губами и деснами, затем, используя противно пахнущую марлю, герр Вулф быстро вытер несколько капель, которые вырвались между моими не до конца сжатыми губами. А также вытер неаккуратно вытекшие капельки около моих ноздрей, выдерживая четкий контур. У меня пропало все желание бороться, уступив место серому и липкому безразличию, пытаясь, сосредоточится на попытке привести в порядок свои мысли. Я была полна страха, опасений и еще кучи дурных мыслей влетающих в мою голову как пули в мишень, в то время как жидкость во рту, горле и носу становилась с каждым мгновением все прочнее. С каждой секундой сопротивление становилось все труднее, усилие, необходимое, чтобы пошевелить мышцами, удваивалось. Сковав наконец мой рот так прочно, что я могла лишь слегка прикусить, и совершать чуть-чуть сосательные движения, словно мне в рот вставили огромную соску! Я безошибочно поняла, что жидкий латекс превратился в твердую, чуть пружинящую массу, поглотив белую резиновую капу, мои зубы и язык! Челюсти были раздвинуты белым резиновым приспособлением, теперь заключенным в массе зеленой резины. Оставив только круглые, серебристые звенья цепи лежать на моей нижней губе. Но это не было главным моим беспокойством. Что действительно пошатнуло мою веру в собственное здравомыслие, так это то, что я испытала мощнейший, продолжительный оргазм, который сопровождал действия герра Вулфа, он вставлял в мой рот эту вещь, словно грязной шлюхе, совершенно не считаясь с моим мнением! Когда жидкость начала застывать, мои вздрагивающие бедра ухватились за фаллос, так прочно вонзившийся в мое лоно. Неужели, я начала испытывать удовольствие от такого обращения? В кого превратили меня эти люди? Они заставили получать удовольствие от таких жутких, неестественных вещей, о боги, что же со мной происходит... Неужели, мое обучение было настолько эффективным, какие еще вещи я смогу узнать о себе в дальнейшем? Казалось, что к луку, который олицетворял мою страсть и похоть, была добавлена новая тетива, и я ошеломленно гадала, насколько далеко смогут полететь пущенные ею стрелы.
Если бы в этот момент фрау Бакстер предложила мне освободиться из плена, если бы она развязала мои путы и распахнула двери, мне было бы трудно разобраться в своих чувствах. Я терпела до сих пор, все ограничения и унижения навалились на меня разом, и я была хоть как-то готова к ним, до этого момента. Я кричал про себя, требуя большего! Я была готова стать тем, кого фрау Бакстер так усердно из меня готовила, мне предстояло стать — добровольной рабыней ее воли.
Впервые, в компании двух моих мучителей, мое тело вздымалось не
против своих пут, в попытке вырваться, а стремилось усилить мои ощущения оргазма! Я была бессильна остановить поток энергии, который направился в мои чресла, и мои бедра поднимались и опускались на резиновый матрас в течение, казалось, бесконечных минут. Мой мозг гудел, и все мое заключенное в тюрьму тело покалывало, пока, наконец, я не испытала еще один оргазм, подобного которому, никогда не знала раньше! В полном пренебрежении к моим надзирателям, не стыдясь, я вздымалась, словно качаясь на волнах невероятного экстаза, пока, наконец, энергия не иссякла,
Vim imponere