они будут учиться в одной школе, и я уверен, что Мария будет занята.
.................................................
Следующую неделю, я провел с Эй Джей и ее семьей. Я рассказал ей о Марии и ее детях, показывая их фотографии на своем телефоне. Она была рада, что я нашел кого-то нового, и хотела с ней познакомиться. Я пообещал представить ее ей, как только вернусь из европейской поездки.
Мы ни разу не упоминали ее мать, но когда я уезжал, она спросила, не собираюсь ли я поискать ее, раз уж я буду в Испании. Я подумал об этом.
— Нет, дорогая, не собираюсь. Мое присутствие будет довольно хорошо разрекламировано, если она захочет, она сможет меня найти. Если нет, я не собираюсь открывать старые раны.
Это опечалило ее, но она поняла. Я не думаю, что она когда-нибудь переживет брошенность, какой ребенок переживет? Она взяла с меня обещание, присылать ей много фотографий и подарков, и высадила меня.
.............................................
Я ненавидел эту поездку, почти всю. Я так и не увидел большую часть стран, в которых побывал, меня гоняли от интервью к публичному выступлению и на телевидение, по жесткому графику. Обычно мне давали два выходных дня в неделю.
Англия мне не очень понравилась, зато понравились Шотландия и Ирландия. Когда я был в Шотландии, я отправил Гарри ящик виски, приготовленного на заказ.
В Ирландии я нашел ювелира, сделал семь серебряных кельтских крестов и отправил их Джейн, Анне, Эй Джей, Банни (когда она подрастет), Марии, Кэсси и Тине. Мария рассказала мне о клановой принадлежности ее матерей, и я послал им всем килты, соответствующих цветов. Мальчикам я послал два дирка (кортика — пер.) с гербом клана, инкрустированным на серебряном медальоне.
Когда мы установили временные рамки, мы звонили друг другу так часто, как только могли. Это было ужасно неприятно. Я очень боялся, что из-за моего отсутствия, ее привязанность ослабнет, но она никогда не ослабевала. К шестой неделе, нашим стандартным прощанием было "люблю тебя, скоро увидимся".
Я слышал, как плакали ангелы и пели птицы, когда Мария произнесла это в первый раз. Это просто вырвалось.
— Пока, милый, я люблю тебя.
Я услышал изумленный вздох, когда она поняла, что сказала.
Я не колебался.
— Я тоже тебя люблю, милая, очень сильно.
Клянусь, я слышал, как она плакала, когда вешала трубку.
Я сходил с ума от одиночества, ужасно скучая по всем к одиннадцатой неделе. За неделю до этого, Кэсси позвонила мне в слезах. Один мальчик, старшеклассник, сильно к ней пристает. Хорошо, что я был в семи часовых поясах от нее. Я утешал ее, как мог. Затем я позвонил ее братьям и сказал, чтобы они присматривали за сестрами, и позвонил Марии. Она вспылила, но мне удалось успокоить ее достаточно надолго, чтобы посмотреть, справятся ли дети.
Я узнал историю от Тины. Старшеклассник достал из шкафчика несколько книг и повернулся, чтобы увидеть Тони, Микки и Тину, которые ждали его. Они недвусмысленно велели ему оставить Кэсси в покое.
Он усмехнулся и, будучи намного крупнее мальчиков, спросил, кто из них попытается сделать его первым.
Тина мило улыбнулась.
— Мы все, засранец. Это не будет честный бой, мы все будем гоняться за тобой, с палками, если придется. Ты понял?
Он пытался блефовать, когда Тина пнула его в промежность, сапогами на каблуках. Когда он лежал, корчась от боли, она потянулась вниз и схватила его за волосы, заставив его посмотреть на нее.
— Мы понимаем друг друга, придурок?
Он кивнул. Слухи дошли до нас: связался с одним Гарзой — будешь иметь дело со всеми. Мария вела себя как взбешенная, но я уверен, что втайне она была горда.
Моя Женечка