дрянной маленькой квартире, с двумя спальнями, на Адамс, - продолжила она. — Это еще его квартира до того, как они поженились. Она маленькая и дрянная, и она сидит дома одна с ребенком целый день, и ей нечего делать. Денег не хватает и все такое.
— Это ее проблема, - сказал я. — Она застелила свою постель.
— Она сказала, что ты игнорировал ее, - подтолкнула Эллисин. — Тебя все время не было. По делам. Работал вечно. А она всегда была дома одна, без друзей и без дела.
— Тогда ей следовало оторвать свою задницу и найти работу, - сказала я, пытаясь сдержать свой гнев.
— Ты прав, - согласилась Эллисин.
Затем она пососала вишенку, которая была на кончике ее ложки, и все это время смотрела на меня.
— Я бы предпочел не говорить о ней, - сказал я, завороженный тем, как ее пухлые губы сосут эту бедную, невинную маленькую вишенку.
Хорошо, эту счастливую чертову вишенку.
— Просто подумала, что ты захочешь узнать, - сказала она, засосав вишенку в рот и пожевав ее. — Она облажалась, и она чертовски хорошо это знает.
— Хорошо.
— Итак, - сказала она, зачерпнув еще одну вишенку на ложку и посмотрев на нее, прежде чем посмотреть на меня, - теперь, когда ты вернулся и все такое. Теперь, когда у тебя нет этой работы под высоким давлением, за тысячу миль отсюда.
— Да? - сказал я, призывая ее закончить мысль или начать сосать вишню.
Подойдет и то, и другое.
Она провела кончиком языка по вишенке и вокруг нее, ее глаза говорили мне, что она наслаждается моим пристальным вниманием.
— Ну, - сказала она, - ты думаешь о том, чтобы попытаться вернуть ее?
—Ты шутишь, да?
Она подняла правую бровь, в смеси удивления и радости.
— Ни единого шанса в аду, - сказал я. — Она сейчас замужем. С его ребенком. Так что, как я и сказал - она застелила свою постель.
— Так если бы она была замужем, но это был бы твой ребенок?
Я уставился на нее.
— В чем разница? Никакой. И она уже нашла своего рыцаря, в сияющих доспехах. Они могут получить друг друга.
Она снова начала сосать вишню, и я так же быстро забыл о разговоре.
Быстрым движением языка, она перекатила вишенку в рот и стала жевать ее. Медленно.
— У меня есть идея, - сказала она.
— Я весь во внимании.
— Что если мы пройдем в бар. Может, выпьем еще немного.
— Звучит отлично, - сказал я, прикидывая, сколько бармен возьмет с меня за тарелку вишни "Мараскино".
Теперь я хотел знать, сможет ли она завязать плодоножку языком.
— Тогда, - сказала она, наклоняясь ближе, - мы можем ненадолго вернуться ко мне.
Вот оно. Момент принятия решения. Секунда, когда я могу либо поступить умно, либо принять ее приглашение.
— Звучит как план, - прошептал я.
— Ты уверен? - спросила она. — Потому что ты не выглядишь уверенным, Тайлер.
Я улыбнулся.
— Положительно.
Что я могу сказать? Я мужчина, верно? Плоть и кровь.
* * * * *
У Элли был небольшой дом на Полк-стрит, в северной части города. Она преподавала английский в средней школе Грант-Сити, поэтому зарабатывала не очень много. С другой стороны, она никогда не была замужем и не имела детей, так что тратить деньги, ей приходилось только на себя и свой дом.
Дом был аккуратным, со вкусом оформленным, и увешанным фотографиями многих поколений и ветвей клана Палмеров. От одного взгляда на фотографии всех этих красивых кузин-женщин, покойнику стало бы тяжело.
Но что меня завело, так это действия Элли, как только мы вошли в дверь.
Офисная фантазия