Было видно, как она возбудилась от такой перспективы. — Даже если и не выдержит, так в болото, и вся возня! — добавила она, краем глаза следя за реакцией Леры, и теперь ещё и Лизы. Но те обе предпочли реагировать на этот «словесный пук» как на полнейшую глупость, и не сговариваясь, почти синхронно ухмыльнулись как над какой-то болтовнёй явного ненормального.
Олежка, всё более втягивая голову в плечи, затравленным, полным ужаса взглядом, подёргиваясь и постоянно дрожа всем телом, посматривал на усмехающихся девок. Те, отойдя в сторонку, шёпотом совещались. Видимо, как наказать провинившегося адекватно, получив при этом максимальное удовольствие, но и не переступив грань разумного и не довести дело до какой-то непоправимой крайности.
Наконец девчонки порешили, что за отказ госпоже его выдерут уже завтра, разве что если после сегодняшнего очередного наказания за попытку бегства только Лиза высечет его. И то, если это станет возможным — как он ещё сумеет вынести порку кнутом. Теперь же всем остальным надо поторапливаться в баню чтобы Лиза уединившись, в тишине и покое, могла развлекаться с Олежкой. Но перед этим его следует переодеть в женское бельё.
Лера подсела рядом с Лизой.
— Ну, а как он вёл себя пока был с тобой наедине? В общем и целом? Не считая того возмутительного факта отказа госпоже?
— Ну, как сказать… Слушаться — слушался, хоть и тупил немало. Но как известно, розга обладает огромной убедительной силой, и заставляет включать голову несмотря на все нежелания. Под силой её убеждения сразу стал соображать!
Девки хором разошлись оглушительным хохотом, приседая и сгибаясь.
— Не только розги! Все наши «инструменты» имеют такую силу убеждения! Посильнее волшебной!
— С ними не поспоришь! Заставят, через всякое «не могу»!
— Даже соображать, и даже если и соображать-то нечем!
— Поротая жопа — наилучший проводник соображения! Прям дорожка для него! Покажет и нужное направление, и подскажет кратчайший путь!
— Получается, плётка — ключ в двери разума!
— Розга ум вострит, память возбуждает!
— … И волю злую во благо преломляет! Вите́нь разум в голову вгоняет!…
— Что-что? Вите́нь? Что это такое?
— Вроде плётки. «Ремень, плетью закрученный». Ещё не плеть, а так, «помягче», что ли… Так сказать… Как это там — «Противу ленивости, грубиянства, умственной тупости, и прочих пороков всяческих, потребно иметь в каждом классе розги да вите́нь — ремень, плетью закрученный, — кои надлежит учителю разумно употреблять, ради побуждения усердия к подготовлению для службы отечеству…». Сам царь Пётр писал такое уложение, или устав, как его, для «Навигацкой школы»!
— Вот и побудим его… К усердию! Услужать госпожам!
— Этой «умственной тупости» не существует. Есть клиническое слабоумие, олигофрения, здесь уже ничем и никак ничего не исправить, а всё остальное — ленивое соображение. После напоминания, что рядышком имеются и ждут своей миссии розги, мигом включалось у него это самое соображение! Головка начинала работать как швейцарские часы! То есть он ленился немножечко подумать! Также и если творить глупости, не желая и ленясь быть серьёзным и ответственным, серьёзно смотреть на жизнь, здесь розга опять же выбьет всю пыль быстрее всего. Он привык прятаться от жизни под маминой юбкой, и ему лень совершить самостоятельный шаг. Какое ж в таком случае наилучшее лекарство? Ну-ка, подскажи! — Лиза толкнула Олежку ногой.
— Д-дда, э-то рро…зз-гаа… — ответить по-другому он просто не смел.
Девки снова повалились от хохота.
— Как уже стал понимать! Что полезно! Хоть и очень невкусно!
— Быстро вбили ему в голову ума-разума!
— Вообще-то, скажем так, его «ментальный» возраст примерно наполовину меньше возраста реального! — изрекла Марина.
Из рассказов проститутки