Лиза лишь еле слышно фыркнула, несколько сморщила лицо словно выражая отвращение, кивнула как-то боком, и зачерпнув ещё один ковш, сунула его под нос Олежке.
- Пей! - схватив его за волосы, она погрузила Олежку лицом в воду. Затем вынула, и так помакнула ещё несколько раз, скорее для того, чтобы несколько ополоснуть уже загустевшие подсыхающие выделения, сосульками висящие у него на щеках и подбородке.
Часто дрожащим словно в лихорадке ртом он потянул воду короткими глотками. Поперхнулся, закашлялся, и чут не сбросил стоящий перед ним, на его руках, ковш.
- Ну что за чучело! Даже попить не может по-людски! - Марина со смехом хлопнула его по спине. - Ну что, будешь пить, или уже насытился? - выхватив ковш у Олежки из-под рта, она выхлестнула воду ему на голову.
Затем на него выкатили одно за другим два ведра воды. Со смехом глядя, как он отфыркивается, тряся головой, с размаху выхлестнули и третье. В это время Лера, восторженно глядя на Лизу, отошла с нею на несколько шагов.
- Послушай, откуда у тебя такая практика? Ты кого-то часто дерёшь кнутом? Или где ты так поставила руку?
- Представь, только вприглядку. Смотрела фильмы, как работают американские ковбои, например про их "дуэли" на кнутах, хлыстах. Ну, и про цыган. Насмотрелась сейчас, учла некоторые недочёты в движениях. Даже сама не понимаю, как это пришло. Само собой?
- Невероятно! Уж я-то знаю, сколько трудов стоит оттачивать какое-либо движение к примеру в художественной гимнастике. Сначала - ну хоть реви! Тренерша говорила, что мы машем руками как мельница, что курица и то изящней хлопает крыльями. Хоть размахивать кнутом я стала и куда раньше, и то сколько потребовалось времени чтобы научиться им нормально щёлкать! Тут пастух был, "дядько Мыкола", как его уважительно называли, я около него каждое лето проводила почти все дни, он мне показывал, и поправлял, когда я тренировалась. Ну, разве что тогда у меня не хватало силёнок, я только заучивала движения. А у тебя... Раз - и получилось! Лучше, чем у всех! Невероятно! Рука сама делает так, как надо, и в лучшем виде!
Марина меж тем захлопала в ладоши.
- Никому не кажется, что воспитанник заждался? Ему скучно, и хочется продолжения! Он не хочет быть гадким мальчишкой, и с нетерпением ждёт, когда его продолжат воспитывать, исправлять и учить хорошему поведению!
- Он ещё и замёрз, после холодной-то воды! Вон как стучит зубами! Надо срочно отогреть! С присущей нам любовью и лаской! А то простудится! И расстроит маму! - добавила Женька. - Тэк-с, где тут у меня ласкательный инструмент? Передатчик всей нашей нежности? - и Лиза поплотнее взяла рукоятку кнута.
- Минуточку! - Марина встала над скамейкой, так, чтобы она была у неё между ног, задом к Олежке. Расставила ноги пошире, и почти что легла животом на его вытянутые руки. Ткнула ему в лицо обросшие довольно длинными волосками большие губы. - Вытянь ротик! Соси!
Вытягивая рот "уточкой", Олежка засосал напухшие губы госпожи около самого низа щели, под самой попой. Марина надвинулась на него задом, прижимаясь поплотнее. Задвигала бёдрами, повиливая попой. Олежка начал с силой сосать, часто и быстро касаясь языком. Девушка застонала, мотая головой, и налегла ему на рот, упираясь руками в скамейку.
- Прилежнее, прилежней! Будешь лениться, скажу, чтобы тебе сейчас же добавили ещё пяток кнутьев!
- Да хоть и пять пятков! - озорно воскликнула Лиза, и размахнувшись с полуповорота, хлобыстнула Олежку по и без того донельзя распухшим, фиолетово-чёрным ягодицам.
Аттракцион мадам Соле