а помогала, как просили... Убеждалась, что делала, всё верно. Как её просили. "
Массаж через шорты? Подумаешь! Что тут зазорного?.. А то, что за грудь Большаков схватил, так то для ускорения процесса лечения... Это ведь не предосудительно, если в медицинских целях. Верно?»
...
Оставшись в одиночестве, Борис Петрович приспустил шорты, следом - плавки, снял путы, сдерживающие «малыша» и ласково погладил изнывающие от избытка спермы яички. Было ясно, что давление в них нужно немедленно сбросить. «А то завтра буду ходить в раскоряку!»
Казалось бы – что за проблема? Член в руки и – расслабляйся! Ан нет! Не приучен наш Большаков к такому бросовому отношению к семени. В Армии, и то, этим не баловался. Искал партнёршу. Потому удачливым ходоком до баб и вырос... Теперь же - форс-мажор. Приходилось заниматься пацанячьим делом по необходимости...
Ипостаси скорбно помалкивали. Каялись, что допустили не потребное. Переживали: «Ну, как Большак к этому холостому сбрасыванию пристрастится? Получит скверную привычку и потеряет охотничий настрой...»
Однако, переживания переживаниями, а коль так случилось, приходилось срочно соображать на кого направить накопленную «малышом» энергию?
«На Томочку? Не было смысла. Придёт завтра к бассейну, и «малыш» получит своё... Пусть нагоняет на эту цыпочку аппетит... Тогда на кого?» - «чесали» затылки ипостаси?
И выкрутились! Напомнили шефу, не завтрашний, а намечаемый в перспективе, объект: его обтянутую джинсовой юбкой попочку, высокую грудь, осиную талию, точёные ножки, бранный ротик...
Глядя в звёздное небо, Борис Петрович неспешно водил кулаком по булаве, и мысленно имел жену партийного боса в момент её разговора по телефону... Или, лучше, когда она, опираясь на подоконник, общается через окно со своим влиятельным мужем...
Ещё вспомнилась Борису Петровичу «девушка с веслом» - Ольга Ивановна – жена его дружбана - Гржабовского. Большая, не вспаханная «малышом» женщина...
— Охренеть! – воскликнул онанист и мощная струя горячей спермы вылетела в сторону виртуальных кандидаток в шалавы. Вылетела и смачно шлёпнулась где-то в глубине ночи...
Днём, проводя соревнования среди малышей, Томочка смотрелась великолепно! Любуясь молодой спортсменкой, Борис Петрович умилялся будущим обладанием. А несколько быстрых взглядов зелёных глаз на «больное» место старшего физрука распаляли эти фантазии до известной всем блядунам приятности...
Стоит ли напоминать, как ждал наш герой начала очередного дежурства у бассейна?
До обеда он был занят организацией спортивной жизни «Ястребка» и время, медленно, но час за часом, шло. А, в «тихий час», натурально, зависло!
Большаков и свои «командирские» к уху прикладывал (не остановились ли?), и на солнышко посматривал (не зацепилось ли за макушки сосен?) Гы-гы-гы.
Увы! Шутка не взбодрила.
Быстрые наброски двух пацанят, что охотно позировали в тихий час (лишь бы не спать), кое-как отвлекли. Состояние ожидания так тягостно! Просто пипец! Парню не терпелось приступить к охмурению жены Арсения...
Потом, вспомнив о необходимости налаживать межлагерные отношения в плане соревнований, наступил на хандру и отправится к соседям с предложением провести товарищескую встречу по пионерболу между командами девочек «Ястребка» с ровесницами из «Юного Ленинца».
«Юный Ленинец» был через дорогу.
Пошёл и не прогадал.
Оказывается, в соседнем лагере старшим физруком работала его землячка. Тоже ленинградка. Выпускница института физической культуры имени Лесгафта. Хорошенькая брюнетка с компактным каре, что делало землячку похожей на известную французскую певицу – зубастую, глазастую, курносую с красивыми бровями, изогнутыми над миндалевидными глазами турецкими ятаганами бровей. И незабываемым голосом. Особенно при исполнении Марсельезы.
Борис, по простоте душевной, присущей художнику, когда тот смотрит на женщину, как на будущий портрет, обо всех этих схожестях и выложил и добавил:
— Копия Мирей Матьё!
«Мирей Матьё» весело расхохоталась, (отчего стала ещё больше похожа на зарубежную звезду), и представилась:
— Света, - после чего крикнула в соседнюю комнату:
Гадкий мальчишка