по больнице на следующее утро, постоянно морщась от тянущих ощущений в мышцах ног, и тупой боли между ними, она решила, что ответ на происходящее может быть только один — ей нужно непременно выяснить, что именно здесь происходит, какие темные тайны скрываются под внешним фасадом нормальности.
— Доктор Доусон! — Кто-то окликнул ее сзади.
Хелен узнала голос Колина, одного из старших медбратьев. Ей нравился этот парень; в нем было что-то очень бесхитростное и надежное, что-то, что вселяло уверенность.
— Здравствуйте, Колин! Что-то случилось? — Спросила она, поворачиваясь к нему. Парень выглядит обеспокоенным.
— Не знаю, я не уверен, но полагаю, что да. — Подтвердил он, перейдя на шепот, словно не желая, чтобы его подслушали. — Могу я поговорить с вами наедине?
— Конечно. Давайте пройдем в комнату для персонала, — предложила она. — Вряд ли там кто-то есть в это время.
Небольшая гостиная, отведенная для отдыха медицинского персонала, оказалась пустой. Хелен подождала, пока Колин закроет дверь.
— Итак?
— Понимаете, это нелегко объяснить... Не в моих правилах ставить под сомнение вердикт лечащего врача, — осторожно начал парень. — И если у меня возникают какие-то вопросы или проблемы, то по правилам я должен обратиться к дежурной или старшей медсестре. — Он сделал паузу и нахмурился. — Но чувствую, что могу вам доверять, доктор Доусон, поэтому я решил сначала обратиться к вам.
— Спасибо, я польщена. — Хелен ободряюще улыбнулась. — Не стесняйтесь, расскажите все, что сочтете нужным, Колин. Честно говоря, я догадываюсь, почему вы не хотите в подобном случае обращаться к своему непосредственному руководству. Буду рада вам помочь или дать ряд советов, если смогу. Все, что вы мне скажете, останется между нами, я вам это обещаю.
Он кивнул.
— Спасибо, доктор. Я хотел спросить вас о препарате, который доктор Тейлор прописал мисс Доун. Вроде бы это новое средство для лечения сильной депрессии, но я никогда о нем не слышал.
— На рынке постоянно появляются новые лекарства, Колин, — ответила она ему. — Иногда фармацевтические компании обращаются к нам для проведения испытаний, прежде чем предпринять какие-либо усилия по продвижению нового препарата на рынок.
— Я понимаю. — Парень шагнул ближе. — Но мне кажется, дело здесь гораздо сложнее. Мало того, что этот препарат мне неизвестен, так в добавок ко всему доктор Тейлор пренебрег всеми установленными больничными процедурами.
— Каким же образом? — Удивленно спросила Хелен.
— Он дал мисс Доун таблетки, чтобы она хранила их в своей комнате. В ее истории болезни об этом рецепте нет никаких записей. И насколько известно всем в клинике, она вообще не принимает никаких лекарств.
— Никаких записей, — задумчиво повторила женщина, гадая о том, зачем это Бену. Она пока не собиралась ничего рассказывать молодому медбрату, но такое поведение врача было непростительным, непрофессиональным, да к тому же крайне опасным. — А вы знаете, как называется это лекарство?
Колин достал из кармана листок бумаги и протянул ей.
— Да, я записал его название.
«Ампезоман», — прочитала доктор.
— Странно, я тоже о нем ничего не слышала. Но могу сделать несколько звонков, связаться со своими коллегами, и все разузнать. — Ответила она, не собираясь пока разговаривать об этом с Беном. — Я непременно разузнаю об этом побольше, Колин. По крайней мере, на данный момент такой ответ вас успокоит?
— Пока да, — произнес парень с благодарной улыбкой. — Я не хочу, чтобы пострадала мисс Доун. Может быть, вы не знаете об этом, доктор Доусон, но я и мисс Доун... Мы связаны. На самом деле я ухожу из клиники, чтобы работать на
Случай в читальном зале-6.