— Эй! - весело крикнул он, все еще думая, что они с сестрой одни в доме.
Он нащупал полотенце, готовый сорвать его. Вот тогда я и заговорил, прежде чем он успел меня увидеть.
— Тебе повезло, что я бросил в тебя полотенце, а пустил в дело свой кулак, - мрачно сказал я.
— Папа?
— А кто же еще, болван ты этакий?
Он медленно поднял голову и посмотрел на меня расширенными от испуга глазами. Я отстраненно отметил, что теперь его эрекция полностью сдулась. Прежде чем он успел заговорить, я поднял руку.
— Ты мне доверяешь? - спросил я его.
— Папа, это не ….
— Если ты знаешь, что для тебя лучше, сынок, то ты сначала честно ответишь на вопрос, а потом заткнешься. Я вас еще раз спрашиваю: «Ты мне доверяешь?»
Дэйв прикрыл пах полотенцем и молча кивнул. Я пока не собирался давать ему ключ к разгадке своего поведения.
— Хорошо, - спокойно сказал я, - а теперь слушай очень внимательно. Сначала я поговорю с твоей сестрой. А пока мне бы очень хотелось, чтобы ты оделся и проветрил комнату. Так что жди, когда я вернусь войду и поговорю с тобой. Я не знаю, как долго буду говорить со Сью, поэтому прошу вас набраться терпения. Если тебя не будет здесь, когда я вернусь, я не буду слишком сильно удивлен, но я буду очень разочарован. Что бы ни случилось дальше, я хочу, чтобы ты знал и помнил, что ты мой сын и я никогда умышленно не причиню тебе вреда. Но мне нужно поговорить с каждым из вас наедине, прежде чем я решу, что делать дальше. Ты меня понимаешь?
Дэвид помолчал несколько секунд, а потом снова кивнул.
— Я хотел бы…
Я снова поднял руку.
— Придержи эту мысль. Обещаю, что мы скоро поговорим. Просто... доверься мне и жди. Делай, как я сказал. Открой окно и оденься.
Я не стал дожидаться ответа и, оставив его одного, закрыл за собой дверь. Когда защелка щелкнула, я испустил глубокий вздох облегчения. Так далеко все зашло. Хорошо, главное - никаких больше истерик с их стороны. Мне еще предстояло многое сделать в первую очередь.
Я подошел к двери Сью и остановился, чтобы сделать глубокий вдох. Надеюсь, что у нее хватило предусмотрительности одеться за это время. Видеть наготу другого мужчины, хотя это и не входило в мой список дел на сегодня, не было для меня чем-то чуждым. Повидав множество других парней в раздевалках и спортзалах, я вроде как привык мужскую наготу. Но видеть свою дочь полностью обнаженной дольше, чем на несколько секунд, было бы слишком для меня в тот момент. Вот почему я отправил ее сначала в ее комнату, в надежде, что она будет одета к тому времени, когда я приду поговорить с ней.
Я вспомнил совет моего школьного шахматного тренера: "Всегда обдумайте поле боя, прежде чем идти в атаку. Знайте, где находится ваш противник, как и всегда, и делайте все возможное, чтобы заставить его играть по вашим собственным правилам. Ваше лучшее оружие - не грубая сила, а мышление на три хода дальше вашего текущего хода. Когда злишься – ты проигрываешь. Так что почаще думайте, что это ваша игра, что вы создали ее, и никто не сможет отнять ее у вас. Не показывайте свой план, пока для противника не станет слишком поздно для него адекватно реагировать.
Я повернул ручку и открыл дверь. Как я и надеялся, Сьюзен сидела на краю кровати, завернувшись в махровый халат. Слезы уже катились по ее лицу. Она закрыла
Маленький свой автобус