упустить Нора, что заставило ее мужа так относиться к ней? Она выглядела потрясающе. Привела себя в порядок, как только могла. У нее была прекрасная фигура, лицо было красиво накрашено, а то, как платье ниспадало по бокам ее плеч, намекая на сексуальную округлость груди, заставляло буквально каждого мужчину, смотревшего на нее, замирать. Все, кроме папы, который теперь выставлял себя полным идиотом перед кем-то намного моложе его. Блондинка в баре болтала и смеялась его шуткам, не обращая внимания на то, что он за человек. Девушка улыбнулась ему. Коснулась его руки.
Мама явно отреагировала на это. - Мне нужно... - она подавила рыдание, - Мне нужно подышать свежим воздухом. - Она встала и направилась прямиком к выходу. Я схватил пригоршню наличных, бросил их на стол так быстро, как только мог, и рефлекторно бросился за ней.
Ей, должно быть, было очень больно. Я знал, что ей нужно что-то, какое-то утешение, просто слово, которое дало бы ей понять, что папа был неправ. Я подумал, что, несмотря на все, что произошло между нами, я мог бы, по крайней мере, сделать это. Но она была быстра. Быстрее, чем я ожидал. Когда я встал, она уже полностью скрылась из виду.
Я занервничал. Было небезопасно оставаться ночью одному в городе, в котором ты никогда раньше не был. Это быстро превратилось в вопрос ее безопасности. Мне пришлось действовать быстро. На улице уже стемнело.
На выходе мужчине, стоявшему впереди, пришлось чуть ли не увернуться, чтобы пропустить меня. Я посмотрел вверх и вниз по дороге, но не увидел ее. Переулки и дорожки расходились во всех возможных направлениях. Она могла быть где угодно. Мужчина, стоявший у входа, повернулся, чтобы оценить меня, угадав мои намерения по тому, как я наклонился, чтобы догнать ее. Он улыбнулся, вспомнив, как я вошел с мамой и папой. - Сеньора? Вы хотите... сеньору Бониту? Куда она направилась?
— Да, - сорвался мой голос. - Куда? Куда она пошла?
Он указал, смеясь над моей паникой. - Туда.
Я бросился бежать, отчаянно пытаясь догнать ее, пока она не ушла слишком далеко. - Красавица, - услышал я, как он, смеясь, крикнул мне вслед.
Я повернул налево и увидел, как мелькнуло ее платье, исчезающее за углом. Электрические фонари, тусклые, неяркие, освещали аллеи, оставляя повсюду тени. Я бросился бежать, пока не завернул за угол... и тут увидел ее, стоящую у одной из коричневых глинобитных стен. - Мама! – закричал я, дрожа.
Но она не ответила. Она обхватила себя руками. Она рыдала, и прозрачные бриллиантовые слезы падали с ее прекрасного лица на булыжники мостовой. Ее плечи вздымались, а голова низко склонилась. Я мог только наблюдать, как самая красивая, удивительная женщина в моей жизни плакала, и я чувствовал, что бессилен остановить ее.
Что я мог сделать? Я не мог подойти к ней. Только не после того, что произошло сегодня.
— Мама... - сказал я. - Послушай. - Всхлипывая, она подняла голову. Ее глаза и щеки покраснели от неудержимых слез.
— Папа... он не... - Я подумал, что смогу объяснить ей это так, чтобы она проявила хоть какое-то подобие уважения к моему отцу. Но каждый ее жалобный возглас, каждая упавшая слезинка, каждое воспоминание о каждом разочарованном взгляде разрушали даже видимость уважения к нему. - Я не могу поверить, что он это сделал, - сказал я, наконец.
— Я так стараюсь, - простонала мама сквозь стиснутые зубы. - Он понятия не имеет, как сильно я стараюсь ради него.
Зрелище.