Она выпрямилась, извлекая из потаенных мест чемодана упакованную в вакуумный пакет темную одежду, по-видимому, для особых случаев, и... мой член заныл еще сильнее, и я почувствовал, что даже малейшего прикосновения... малейшего дуновения будет более чем достаточно, чтобы я выплеснул все скопившее...
Направляясь в ванную, мама поигрывала в руке отливающей темной резиной клизмой.
— Заходи, - скомандовала мама тоном, не терпящим отлагательств.
Она была прекрасна... великолепна... больше, намного больше, чем могут вместить в себя эти слова.
На ее атлетичное, точеное, вторящими изгибами мышцами, телу с сияющей золотом загорелой кожей, было наброшено полупрозрачное неглиже, по форме выполненной под ночной халатик, с темным пояском, плотно завязанным прямо на мускулистом животике, и ажурным подолом, не смеющем прикрывать белоснежные ягодицы. Гладкие, аппетитные ножки, скрыты уже известными Денису черными чулками, больно впивающимися в нежную плоть ляжек.
Стринги, прозрачным треугольником, вызывающе демонстрировали белоснежный лобок, слегка ощетинившийся жесткими прорезающимися волосками, и едва-едва начинающуюся темную полоску поблескивающей щели. Груди пережаты темным лифчиком, упирающимся ажурной каймой в шрам, кровавую медаль, полученную пару дней назад.
Белокурые пряди, пышно и специально приподнятые, плавно ниспадали на широкие плечи, оттеняя иссиня-черный макияж глаз и столь же мрачные губы, скрытые матовым слоем черной помады.
Пораженный невиданной ранее красотой Денис быстро зашел в номер, не своя с обворожительной мамы восхищенный глаз.
— Заткнись, - шыкнула мама, со злостью закрывая входную дверь и оставляя ключ воткнутым с внутренней стороны.
Возбуждение пересиливало страх и Денис, уже без всякого стеснения, мял и стискивал мамины формы, потихоньку перемещая правую руку на холодные булочки.
Она оттолкнула его, недовольно зыркнув взглядом, а затем, чуть наклонившись, впилась в его губы, припечатывая юного любовника в стену коридора.
— М-м! – простонал парень, обхватывая маму за талию и скользя рукой по шелковой ткани трусиков.
— Сегодня ты будешь грубым, - продиктовала мама паттерн поведения, отстранив на мгновение черные губы, - Ты меня понял?
Вместо ответа он звонко хлопнул ее по заднице, впиваясь рукой в нежную кожу.
Чуть задрав голову и закрыв глаза от разрастающейся жгучей боли, мама, сдержав улыбку, посмотрела на своего любовника сверху вниз и, удовлетворившись разгорающейся в его глазах животной страстью, вновь припечатала к стене, наседая на лицо своими грудями.
Денис не растерялся и тут же впился в незащищенные участки кожи, целуя их, облизывая и покусывая... пока еще осторожно.
— Нравится? – спросила мама, - Нравится, когда тебя по всему городу ищут, чтобы ты пришел и выебал мамочку, а?
Парень ответил очередным мощным шлепком по ее жопе, от которого мама уже не могла не застонать.
— Ах! – дернулась она и тут же ощутила, как набравшийся злости Денис, сначала обхватывает ее, а затем, без лишних усилий, поворачивает, припечатывая к стенке уже ее саму.
— Я выебу тебя! - выдыхает юноша, смотря в довольные глаза своей зрелой сучки, - Я буду ебать тебя весь вечер и всю ночь, пока ты не начнешь молить, чтобы я остановился!
Светлана, выгнув бровь, подняла руки, оголяя гладко выбритые подмышки, и расстегнула застежку, не препятствуя сползающей и падающей вниз защите.
— Но чтобы этого, - мама сексуально изогнула руку и ткнула пальчиком в шрам, темно-красной коркой засохший у правого сосочка, - Чтобы этого больше не было. Понял меня?
Денис улыбнулся и, сильнее прижимая маму к стене, прильнул к ее мускулистому животику, сцепляя захваченную кожу зубами и надавливая
Приглашение в гарем.