молчании: я, потому что не хотел отвлекать её от каких-то важных размышлений, а Валентина... опять ушла в себя. Но я, почему-то, не очень преживал по этому поводу. Пищу для размышлений она получила, ощущения и новый опыт - тоже. Естественно, ей надо разобраться. Пусть варится. Как раз до следующей репы дозреет.
Но я в очередной раз не угадал... Уже у самой двери, она вдруг остановилась, секунду колебалась (я, прямо, видел, как её мотает туда-сюда, это не фигура речи!), а потом развернулась и, глядя в пол, стремительно подошла ко мне... Затормозила в последний момент, почти налетев, а потом... быстро, неумело, но крепко поцеловала в губы. И выскочила из гримёрки, оставив меня в оцепенении чувствовать её вкус, остывающий и неумолимо испаряющийся, нежный и резкий одновременно, и от того ещё более сладкий... Только через несколько минут стояния столбом до меня, наконец, допёрло, что случилось: девчонка опять сделала меня! Меня! Я думал, что это я поднял ставки, веду партию, заставляя её догадываться что происходит. Но оказалось, что ставки подняла она! Потому что это мне теперь предстояло крутить в голове эту совершенно нелогичную ситуацию... Ох непроста Валентина, ох непроста! Ну не совмещались воедино её вполне невинные, робкие, девичьи реакции на мои действия, с её же поступками! И общим странным ощущением... что это за моей реакцией наблюдают. Да нет, бред!
Нельзя сбрасывать со счетов подростковую спонтанность, гормональный взрыв и всё такое... Поглощённый этими путанными мыслями, я выехал с территории академии так же, как и вчера, по неудобному для меня маршруту, сделав это просто атоматически, тут же чертыхнувшись, что придётся объезжать целый квартал... А в следующую минуту увидел пустую остановку и одинокую знакомую фигурку, зябко сжавшуюся на ветру. Ещё раз чертыхнулся - придурок, не мог сразу подумать? Я-то могу хоть когда уехать, а вот ей с нашим чудесным общественным транспортом может не повезти... Как может не повезти и с нежелательными встречами поздним вечером. Так что, без колебаний тормознув рядом, я распахнул дверцу и позвал:
— Валя! Залезай!
Она, сначала, отпрянула - видимо, не ожидала. Потом, всё-таки, рассмотрела, или по голосу узнала... И только ещё раз осторожно заглянув, забралась в салон.
Чтобы тут же изумлённо выпалить:
— Это ваша машина?! - на что я без колебаний ответил:
— Только что угнал, поехали быстрее... - и прыснул, увидев распахнувшееся... всё. Ещё через секунду она возмущённо фыркнула, потом тоже хихикнула.
— Прости, но какой вопрос - такой ответ... Пристегнись и скажи, куда тебя везти.
Она опять в изумлении зависла:
— Вы меня отвезёте?..
— Ну, знаешь, обычно, в машинах ездят... Видела, наверное?
Она как раз закончила возиться с ремнём, откинула волосы с лица, а за одно и капюшон курточки, и уже спокойнее сказала:
— Я, просто, не ожидала...
— Извини, это я не подумал. Мне-то без разницы до скольки заниматься, а тебе тут стоять потом, мёрзнуть. А это ещё осень, не зима... В общем, буду тебя теперь отвозить - мне так спокойнее, что ты без приключений домой попадёшь. Только подбирать буду не на остановке - там студенты ваши часто встречаются...
Она промолчала, только в огромных глазах в полумраке плясали отражения уличных огней. Я же рулил и думал о том, как легко попасть впросак даже с моим опытом общения с женским полом самых разных возрастов. Он, этот опыт, конечно, придаёт уверенности, но вот даже на примере этой девочки - постоянно приходится импровизировать, потому что ошибаюсь и не угадываю её поведение... Нет, всё-таки, присутствует в моём отношении к Вале излишняя самоуверенность. Которая, кстати, очень может быть, что мешает
Барин