губ! Скорее даже, не постигая, а вспоминая его своей женской интуитивной сущностью, которая сквозь опыт тысячелетий безмолвно подсказывает, как и что нужно делать... Всегда поражался, как молниеносно молодые девушки учатся целоваться! И Валя, конечно, не была исключением, так что довольно долго мы просто стояли и самозабвенно сосались...
Сквозь восторг моих ощущений от волшебного Валиного ротика, я чувствовал, что её ладошки, сначала робко, а потом всё смелее познают моё тело. Полежав сначала на боках, они начали неспешное, почти неощущаемое путешествие по кубикам на животе, я чувствовал, как она касается, исследует, обводит и облекает каждую впадинку и выпуклость мышц, и это было... ух! В то время, как я нежно держал её лицо в своих ладонях, Валины руки побывали уже и на моей груди, прошлись по бицепсам, плечам, спине... помедлили там и стали спускаться ниже. Навсегда запомню этот невероятный кайф, когда сквозь наши совсем уже откровенные, с языками, поцелуи, я почувствовал, что мои ягодицы нежно, но крепко сжимают маленькие пальчики! И не просто сжимают, а двигаются, поглаживают, тискают. Тонкий трикотаж боксеров передавал полнейший спектр этих потрясающих прикосновений... Не в силах больше ждать, я, не размыкая наш поцелуй, осторожно подхватил Валю на руки, и как величайшую драгоценность опустил на тёмную кожу старого дивана. Потом быстро отстранился, дотянулся до выключателя и вот уже Валя, лежащая на спине и смущенно прикрывшая грудь ладошками, освещена только отражённым светом лампочки за диваном. Вот и славно, меньше стесняться будет...
Господи, как же хороша она была, как невинно-прекрасно белело её такое налитое и такое изящное тело на фоне старой, потёртой диванной кожи! Когда я сбросил боксеры и мой член рванулся вверх, обретя долгожданную свободу, Валин взгляд опять буквально прикипел к нему - она, широко распахнув глаза, пристально, в упор изучала его, и я не мог понять, чего в её глазах было больше - восторга или страха... Я медленно подошёл к дивану и остановился над ней, переводя дух и давая ей насмотреться. Когда она, наконец оторвавшись от созерцания этого нового для неё предмета, робко глянула на меня снизу вверх, я воспринял это как приглашение и осторожно опустился перед ней на колени. Взяв её за плечи, развернул ногами ко мне, удобно расположив, полулёжа, на спинке дивана. Потянул к себе её невероятно стройные бёдра, чтобы ей стало ещё удобнее, и медленно положил пальцы на резинку шортиков.
Я ожидал чего-то подобного, поэтому не удивился, когда Валя порывисто села, накрыв мои руки своими, сжав мои пальцы, потрясающе грациозно качнув увесистой красотой грудей и потупившись, поэтому одновременно с ней подался вперёд, и уже щека к щеке, прошептал:
— Не бойся, я не обижу тебя... - и тут же ласково поцеловал её в уже открывающиеся губы. Через несколько таких же, нежных, спокойных поцелуев, Валя, всё же оторвалась от меня, и так же тихо, опустив глаза, прошептала:
— Я... У меня ещё...
— Шшшш, я знаю, милая, знаю!... - я шёпотом и поцелуями успокаивал её, освободив руки и ласково поглаживая волосы, личико, плечи, не торопя её.
— Откуда?.. - она испуганно вскинула глаза.
— Догадался... Не бойся, сегодня я сделаю всё, чтобы тебе не было больно или неприятно!.. Просто доверься мне...
Несколько долгих мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а у меня внутри разливалось райское, неописуемое чувство нежности и восторга: я наблюдал, как Валя решается! Наблюдал так близко! Так зримо... И буквально физически почувствовал этот миг - когда она, ещё не совершив ни одного движения, приняла неизбежность того, что должно было сейчас случиться... Это было в
Развлечения в гостинице