на чем свет стоит, честила своего мужа, а сейчас переживала, что тот ушел не пообедав.
— Ничего с ним не случится, к Михалычу зайдет в гости, они ж не разлей вода с ним, когда на бутылку есть. Как у тебя, освоилась? – последняя фраза уже предназначалась мне.
Я утвердительно промычала в ответ, с аппетитом жуя.
Надя похвалила меня, что я отмыла все фляги снаружи. Дальше они говорили о каких-то непонятных для меня вещах, о вечерней дойке и покупке новых доильных аппаратов. Я снова провалилась в собственные мысли.
— Ну что, я обещал тебе ферму показать? Пойдем, - Николай шумно отодвинул стул вставая.
Мы бродили из помещения в помещение. Николай гордо вещал какие-то малопонятные для меня вещи об автоматизации производства. Но единственное место, которое мне по-настоящему понравилось, это был загон с совсем еще маленькими телятами. Я умиленно гладила шелковистую шкуру малюток и кивала, делая вид, что понимаю, о чем мне рассказывает Николай.
— Ну, пойдем еще сходим - посмотрим, чего этот обалдуй натворил, - Николай вел меня к насосной станции.
Мы зашли внутрь. Я смотрела на подтеки воды, где мы выжимали одежду. Вытертую коленями грязь на полу. Трубы, где меня зажал Семен, тоже были гораздо чище. Мне казалось, что сейчас Николай оглядит это место и тут же догадается, что произошло. С новой силой навалились впечатления сегодняшнего дня. Почему-то сейчас, произошедшее здесь, не казалось мне чем-то ужасным. Я вспомнила, как крупная головка с трудом влезла в меня и как моя вагина ждала дальнейшего проникновения....
Чтобы отвлечься, я спросила первое, что пришло мне в голову.
— Я когда шла, слышала, кто-то ругался. Что случилось?
Николай, что-то колдующий с кранами, оглянулся и внимательно посмотрел на меня:
— Да воду прорвало... искали виноватого.
Я хотела уже кивнуть, мол, все понятно. Как вдруг он повернулся ко мне, глядя уже не на мою реакцию, а внимательно оглядывая мое тело с ног до головы. Несмотря на полумрак, от такого оценивающего взгляда у меня мурашки побежали по телу. И снова начал говорить:
— Да ладно. Мы же все взрослые люди. В общем, Сенька не вовремя зашел домой. Там я Надюху... ну в смысле Надя мне.... Короче, мы с Аней друг-другу не изменяем. Но если не по-настоящему – то не считается.
— Не по-настоящему? – не поняла я.
— Вафли знаешь что такое?
Я непонимающе, уставилась на него. При чем тут это печенье в клеточку? В чём и созналась. Он подошел ко мне. Здоровый. Сильными руками усадил на ту самую трубу, где меня загнул Семен. Тут я поняла, что значит поплыла. Чувствовала его запах. Видела его мощное тело и понимала, что от одного этого снова начинаю течь.
А он, внимательно смотря на мою реакцию начал рассказывать:
— Ты член в рот берешь?
— Беру, - соврала я. Почему-то вспомнилось, как Анюта стояла над его членом и с чавканьем сосала. Чем я хуже? – подумала я.
— А было, чтобы без секса? Только в рот?
— Нет.
— Ну вот, значит ты не вафлёрша, - сказал Николай разочарованно, - у Ани еще смолоду была подружка вафлёрша. У всех брала. Ну и у меня как-то по пьянке. Вот Аня тогда и сказала мне, что в рот дать – это не измена, а просто вафлями накормить называется. Так и повелось. Я Аню люблю, поэтому не изменяю ей. Просто пар иногда сбрасываю, когда Анютки рядом нет. Ну, а Надюха тоже не против. Вот и в этот раз только дал ей, слышу - дверь открывается. Думал ты пришла. А мы в спальне у них. Ну, там кровать,
Дорогая расплата за мою ошибку