силы. В призёры соревнования она точно не стремилась. Чисто спортивный интерес: узнать, на сколько станков у неё хватит сил прежде, чем азарт угаснет.
— Но само участие ей понравилось? Хотя бы новый опыт считает для неё полезным?
— Мне трудно за неё отвечать. Производственная травма, пока, не позволяет ей оценить результат беспристрастно. Но, полагаю, что уже завтра или послезавтра твой башковитый обалдуй сможет навестить пострадавшую, и по результатам работы на одном станке, перспектива возвращения в многостаночницы для неё прояснится. Уверена, что если он настоятельно предложит, или уговорит попробовать поработать на двух станках, то, поколебавшись, она согласится. Ну, а если пробное обслуживание её не слишком утомит и пробудит веру в свои силы, то несколько последующих дней она вполне способна обслуживать и оба станка.
Не знаю, лукавит она или нет, играя со мной, и тогда я стараюсь расставить точки над и:
— Ясно, значит, сама многостаночная работа её не напугала и не показалась непосильной для неё?
— Нет, не напугала. Ей даже было интересно – каждый станок по своему уникален, и работать на каждом из них доставляло ей определённое удовольствие. Первые два станка и не могли напугать. Работая на них, она просто получала удовольствие от самой работы. Третий её удивил, но не напугал. Она была приятно удивлена тем, на что тот способен в плане производственного процесса. О четвёртом трудно сказать что-то определённое. Этот станок значительно отличается от предыдущих. Она восхитилась им, его возможностями, и испытала восторг от работы на нём, однако, вскоре станок вышел из-под контроля и продолжал работать по некоей своей программе. Остановить его она не смогла, и это очень напугало её. В результате он намолотил так, что бедняжке чуть ли не до мозолей натёр всё, что мог, и она получила, пусть и малозначительную, но, трудовую травму. Если бы продолжительность программы у него была покороче, или станок был чуть покомпактней, то она бы с восторгом отозвалась о нём, как о лучшем в своём классе больших станков, и не опасалась, немного попозже, попробовать поработать на нём ещё раз.
Жена посмотрела на меня, немного нахмурившегося, и засмеялась, довольная произведённым на меня впечатлением, а после продолжила:
— Если хозяин киски привлечёт её к многостаночной работе, она исправно выполнит свою работу, и не без удовольствия, но по своему желанию вряд ли станет трудоустраиваться даже на два и тем более большее число станков. А уникальный четвёртый, он и вовсе должен обслуживаться отдельно от остальных станков, и киска не совсем уверена в том, что сможет справиться с этим прекрасным творением.
— Ну, хозяин – не рабовладелец, потому и хочет знать о его работнице то, как бы она хотела работать, с каким станком или станками, какие у неё планы относительно роста её профессионального мастерства.
— Думаю, что работница сейчас находится в некоторой неуверенности относительно того, что ей хотеть в будущем. Пока она вполне удовлетворена работой на привычном ей станке. Возможно, в будущем, у неё и может возникнуть желание вновь попробовать себя в роли многостаночницы, но не с громоздкими станками, а привычной ей компоновки, такими, как тот, на котором обычно работает или немного более мощными, такими, как тот, другой, который был первым из опробованных ею. И ещё. Работнице важно знать, нет ли у руководства планов её дальнейшего обучения работе на более мощном станке, который она не совсем удачно попробовала освоить.
— Таких планов у руководства нет. Хозяин убеждён в том, что инициатива должна исходить снизу, от работницы. Вне зависимости от того, что это будет: многостаночная работа в некоторые трудовые
Милая парочка и я