— Отчасти. Нет, мазохист наслаждается болью, а здесь – досада мужа за неспособность подарить жене блаженство такого же уровня, как незнакомец. Вызвать такие же бурные эмоции, утраченные за годы супружества. Здесь - радость за жену, которой муж подарил возможность находиться на вершине блаженства, на которую он сам уже не может её поднять, потому, что рутина будней съела этот восторг почти без остатка, а муж всё так же любит её и потому - досадует. И самое важное для любящего мужа – видеть то, как наслаждается его любимая, пусть и не с ним. Видеть то, что жертва в виде передачи любимой в чужие руки была не напрасной. Поэтому муж не может приказать жене лечь под кого-то, тогда это будет как на том лозунге революционных лет: «Пролетарским прикладом загоним народ в счастье!»
Жена сама выбирает инструмент для получения удовольствия и радости и просто говорит мужу, как в магазине: вот этот хочу.
Ольга некоторое время молчала, осмысливая сказанное мной.
— Мой бедный муж! Ты так любишь меня?! Это же безумие!
— Да, наверное.
— Я так не смогу, когда ты где-то один в это время мечешься, как бы мне ни хотелось!
— Потому я и хочу быть рядом с тобой в это время, чтобы не было даже тени страданий в это время в каждом из нас. Только радость.
— Я подумаю над этим.
Ольга вновь обняла меня, посмотрев влюблёнными, как в девичестве, глазами, и у нас случился долгий поцелуй, полный искренней любви.
— Эй, романтики! – прервал нас смеющийся голос Леночки – что на обед хотите?
Мы рассмеялись и направились к дому, на ходу продолжая ещё чмокать друг друга. И пусть мне почти тридцать, и жене – двадцать восемь, мы вновь ощутили в себе юность, окрылённую нашей любовью.
Женская сущность чч. - 2- 3