в руку и натянув кожицу на мошонке, сделала небольшой разрез. Потом подправив его лёгким движением, выдавила одно яйцо, и оно повисло на канатиках. Тоже самое она проделала и со вторым и вскоре оба яйца болтались, отвисая на канатиках ниже, чем обычно помимо мошонки.
— Вот и всё – улыбнувшись, сказала она и отошла в сторону.
Я и Димка с интересом уставились на необычного цвета мои яйца, и то, как они качаются на канатиках. Они были запачканы розовыми и красными кровяными пятнами и Лена смочив тампон в каком то желтоватом растворе, быстро вымыла их.
— Нужно чтоб вот в эти разрезы грязь не попала – сказала она и не велела нам к ним прикасаться.
Потом вдруг она достала какие то необычные крючки и нитки и протерев их спиртом вдруг объявила нам.
— Разрез можно на время зашить, для безопасности и она не дожидаясь ответа стала делать стежки – по пять штук на каждый разрез.
— Теперь мошонка была зашита, и туда уже точно не могло ничего попасть. Ты даже вот так можешь и походить немного – улыбнувшись, объяснила Лена мне и снова незаметно меня щипнула.
— Здорово – ответил я так как мне ничего не оставалось как согласиться.
Весь другой день я ходил так, а мои вытащенные яйца постоянно болтались в моих трусах и причиняли мне непонятное, но очень чувствительное неудобство. Лена и Димка ещё несколько раз посмотрели на них, а потом стали собираться домой. Я хотел было спросить у Лены, когда она мне снова сделает, как было. Но Лена снова показала мне кулак и я замолчал. Вскоре они уехали и я остался один. Постепенно я привык ходить с вытащенными яйцами и даже вечерами лёжа в постели и рассматривал их и сдавливал уже без мошонки как мог. Несколько раз я даже перетягивал канатики чистым капроновым шнуром протёртым спиртом и наблюдал за всеми изменениями. В отношении мошонки у меня вообще не было проблем – для меня это был простой и пустой кусок отвисшей кожи и я оттягивая его как мог, перетягивал сколько хватало сил и терпел пока не переставал его чувствовать. Иногда мошонка просто превращалась в почерневший комочек кожи которая ничего не чувствовала. В таком состоянии и застала меня Лена, приехавшая ко мне после майских праздников. Димка как раз был в командировке и она привезла с собой маленькую собачку, которая жила у них в квартире. Она была такая маленькая, что могла легко вместиться в карман, но довольно злая и рычала на меня, пока Лена не сказала ей ФУ. Вскоре она освоилась и бегала по дому, хотя своего кота мне пришлось закрыть в другой комнате.
Осмотрев меня и своё творение в прошлый приезд, Лена взяла и положив мои яйца себе в ладонь, с силой сдавила их. Они были не такие скользкие, и не могли выскользнуть и поэтому я сразу почувствовал сильную боль и ломоту. В добавок к тому, я их всего минут десять – пятнадцать назад перетянул по всей длине канатиков в нескольких местах и она сразу это заметила и улыбнулась. К тому же и моя мошонка была тоже в двух местах сильно перетянута и выглядела как гриб на берёзе – тёмная и шершавая.
— Продолжаешь забавляться – сказала она.
— А что делать то – ответил я и попросил сильно не давить, но Лена сжала ещё сильнее, и мне показалось, что мои яйца уже начинают лопаться – но это просто боязнь и предвидение. Они были целы и только сдавлены больше обычного.
Трах в гараже