то мне будет еще стыднее… Ведь та женщина была совсем голая снизу! И все это видели!» - жена явно запаниковала, представляя себя на месте Ран.
«Да, похоже, здесь принято раздеваться до такого состояния… Если и Томоми тоже придется так раздеваться, то мне это как-то совсем не нравится…» - пробормотал я, внезапно ощутив укол ревности и собственничества.
Если хорошо подумать, то ведь на этом мониторе после Ран теперь будут показывать интимные части тела моей собственной жены. И кто знает, сколько людей уже успели насладиться этим зрелищем, и сколько еще успеют посмотреть в будущем.
Если бы следующим пациентом после нас была женщина, то это еще куда ни шло, можно было бы как-то смириться. Но сама мысль о том, что интимные места моей жены могут увидеть и другие посторонние мужчины, вызывала у меня невыносимое чувство дискомфорта и раздражения.
К счастью, после нас в очереди шла Юко, и пока не было никаких признаков того, что кто-то еще войдет в предоперационную. Если все закончится достаточно быстро, то, возможно, не стоит беспокоиться о том, что кто-то посторонний увидит самое сокровенное моей жены.
Через некоторое время дверь кабинета врача снова отворилась, и медсестра пригласила нас войти.
«Д-да!» - отозвалась жена, вздрагивая от неожиданности, словно пойманный зверек.
«Муж, пожалуйста, подождите в зале ожидания, пока осмотр вашей жены не закончится», - обратилась медсестра ко мне, преграждая путь в кабинет.
«…Да, конечно, понял», - пробормотал я в ответ, изображая покорность, хотя в голове уже созрел хитрый план.
Внезапно меня осенило – если я останусь здесь, в предоперационной, то ведь смогу продолжить наблюдение за осмотром жены на мониторе! Но, как только я попытался приподняться с дивана, чтобы осуществить свой замысел, монитор предательски погас, снова переключившись на равномерный синий экран, как и раньше. Облом!
Разочарованно вернувшись в зал ожидания, я, конечно, уже не мог расслышать голос жены, но, прислушавшись повнимательнее, все же смог уловить громкий, командный голос пронзительной медсестры, доносящийся из-за закрытых дверей кабинета.
«Итак, Томоми-сан, поскольку это ваш первый визит в нашу клинику, сначала мы проведем стандартные измерения – измерим ваш вес и основные параметры тела. Поэтому, пожалуйста, пройдите за мной, в процедурный кабинет».
«Далее у нас по плану фотосъемка для медицинской карты, для фиксации исходного состояния. Извините за неудобство, но фотографировать будем и снизу тоже, да-да, совершенно обнаженной, не стесняйтесь».
«Отлично, теперь, пожалуйста, встаньте вот сюда, на платформу, здесь есть контур стопы, чтобы правильно расположить ноги. Да, руки вдоль тела, прямо, не сутультесь. Отлично, просто постойте так несколько секунд, не двигайтесь».
«Замечательно, с фотографией закончили. Теперь, пожалуйста, прилягте на спину на эту смотровую кушетку, вот здесь, поудобнее. Немного стыдно, конечно, но что поделать – это же больница, без тщательного осмотра тела никак не обойтись. Не волнуйтесь, все пройдет быстро, так что просто потерпите немного».
Чем дольше я вслушивался в слова медсестры, доносящиеся из-за закрытой двери, тем ярче и отчетливее представлял себе картину происходящего в кабинете врача с моей женой. Вероятно, ее уже раздели до гола и уложили на холодную кожаную кушетку, выставив на всеобщее обозрение ее беззащитное тело. Руки, которыми она инстинктивно пыталась прикрыть свои интимные места от стыда, скорее всего, были бесцеремонно отведены в стороны властными руками медсестры.
«Да, Томоми-сан, теперь согните колени и слегка приподнимите таз, вот так, отлично. А теперь уберите руки, не стесняйтесь, сейчас мы будем смотреть ТУДА!» - прозвучал в завершение короткий, но многообещающий приказ медсестры, заставляя мое сердце забиться учащенно от предвкушения и неизвестности.
«Сейчас мы аккуратно подложим мягкую подушечку под вашу поясницу, чтобы вам было удобнее.
Курортный роман или Мой нежный и ласковый зверь