это внимания и разглядывал его причендалы. В душевой я его ни разу не видел голым, да и он не мылся на работе – обычно дома в бане. Он ведь жил в деревне уже почти год. А раньше я его не знал. Что меня в этом тогда удивило, что он скрывал от меня то, что ему тоже было интересно ходить по цеху голым, хотя ему уже и было далеко за шестьдесят. Но для того, чтоб чудить и валять дурака – возраста не существует. Я лежал и разглядывал с каждым его появлением его яйца и член и Степаныч даже не подозревал об этом. Теперь это была моя тайна. Его яйца, и мошонка тоже очень низко отвисали, и когда он проходил, то болтались в разные стороны. Мне для этого нудно было хорошо постараться, чтоб так оттянуть, а тут сами собой висели и болтались, а член был не очень толстый, мне казалось что мой был толще, но у него член был причудливой формы и очень длинный, возможно даже больше двадцати сантиметров и при каждом шаге тоже вместе с яйцами болтался из стороны в сторону. А какой же он у него, когда стоит – подумал я тогда, и снова волна возбуждения нахлынула на меня и мой член снова напрягся. От своих мыслей мне было и стыдно, и я ещё больше возбуждался и рисовал в уме разные картины и вскоре кончил, снова залив решётку спермой. Степаныч конечно этого не мог не заметить, но продолжал топтать мой член и иногда наступать на яйца. А когда я вылез, то мне пришлось убирать всё, а Иван Степанович уже сидел одетый, как ни в чём не бывало, и спрашивал меня.
— Ну что, играть ещё будем?
Я окинул его взглядом и ответил.
— Давайте в другой раз. – у меня действительно ломило яйца и нужно было всё обдумать, как себя вести дальше. Столько нового узнал, что в голове не укладывалось.
Позже Степаныч ещё приезжал несколько раз, и мы каждый раз чудили, я по своему, а он, втайне от меня, по своему. Я это знал, а он даже не догадывался.
В конце мая, мы снова собрались в выходной, и я снова оказался в приямке. Лежать мне нужно было долго, так как проиграл, и на моих костяшках было много очков. Степаныч ходил туда сюда, а иногда уходил в глубь цеха минут на десять и я скучал в ожидании. Вдруг мне показалось, что я услышал женский голос и вскоре не ошибся.
— Я его дома жду, а он вот где – говорила Анна Ивановна, обращаясь к Степанычу.
Это конечно мои догадки, я не мог видеть, как свой вид объяснил своей дочери, Анне Ивановне, Степаныч. Он подошёл к приямку и стал на мои гениталии и при этом был голый, и тут же подошла Анна Ивановна и стала напротив. Он показал ей на приямок и приподнял ногу с моих гениталий, а потом поставил снова. Она поворчала на него, почему он не заехал к ним домой и сказала:
— Сейчас придёт бригада на погрузку готовой продукции, увидишь Сергея, пусть не показывается мне на глаза – сказав это, она отодвинула Степаныча в сторону и прошлась по моему члену, больно придавив его к решётке.
На ходу она уже добавила Степанычу.
— Я же тебе говорила, чтоб даже не думал об этом. Думаешь, за что я тебя уволила – сказав это, Анна Ивановна ушла. Степаныч поставил на решётку пустую банку и прикрыв тем самым мои торчащие гениталии, бросил в
Рассказ о том, как я лишалась невинности