неё несколько железяк и тоже ушёл. Я пролежал тогда долго в приямке и уже под вечер он меня освободил. Анна Ивановна ко мне не подходила, но когда началась рабочая неделя, она так на меня смотрела и не выдержав однажды спросила
— Ты в воскресенье, где был, когда мы отгружали продукцию. Я тебя искала, и что с тобой делал Степаныч.
— Просто зашёл в гости, мы пили чай, и я потом ушёл по делам – ответил я невнятно.
— Допустим, а тогда чей х... торчал из подрешётки? А?
Я не знал, что ответить, и потупил взгляд в пол.
— Вечером поговорим – сказала она сердито и ушла.
Вечером действительно был серьёзный разговор, в результате которого я понял, что Иван Степаныч больше не появится в цехе или она меня уволит, но через неделю я его снова увидел. Мы, не долго пообщались, пили чай, и он пообещал всё уладить с моим увольнением, а в субботу появился снова и мы всё повторили. Я снова лежал в приямке с повязкой на глазах и подсматривал за Степанычем, как он голый ходил по моим гениталиям. Потом вдруг появилась Анна Ивановна и подойдя к нам как бы во время разговора переминаясь с ноги на ногу, наступила на мой член, а следом и на яйца. Было больно, но я терпел. С Иваном Степанычем они говорили на посторонние темы, и этот разговор не касался ничего происходящего. Он стоял перед ней голый и спустя минуту, сходил и оделся. Я лежал и не шевелился. В течении получаса, он вместе с Анной Ивановной прошлись по моим гениталиям несколько раз делая вид, что ругаются и то один подходит к другому, то Анна Ивановна возвращается и наступив идёт к отцу и читает ему мораль. Разыграно было, как по нотам, и мне даже стало немного смешно. Если бы знали они, что я видел Степаныча в непристойном виде в присутствии Анны Ивановны. Это конечно ерунда, но меня успокаивала только то, что не я один такой чудак, есть ещё и почище меня.
После этого случая Степаныч ко мне больше не появлялся. А спустя несколько дней меня вызвала к себе мастерица и посмотрев в глаза, спросила уже ничего не стесняясь.
— Тебе самому это пришло в голову или Иван Степаныч уговорил – спросила она строго.
— Нет Анна Ивановна, это я специально проигрывал и придумал тоже сам, а повязку подсказал уже Степаныч, чтоб в глаза ничего не попало. – объяснил я и попытался выгородить Степаныча.
— Значит, о своих глазах ты заботишься, а если бы он тебе всё раздавил, кто тогда за всё это отвечать будет – снова грубым и строгим голосом спросила она.
— Никто, я сам – ответил я.
— Сам залез, сам наступил и сам раздавил – ты что смеёшься?
— Простите Анна Ивановна – ответил я, потому что не знал что ответить.
В конце дня она снова подошла ко мне и спросила.
— Тебе что действительно на это наплевать?
— Не знаю, но мне нравится – ответил я так как понял, что она имеет ввиду.
— А во что вы играли?
— В домино и я быстро объяснил суть.
— Ведь я ему уже говорила, что эти игры до добра не доведут, а ему всё неймётся, - чуть вслух проговорила Анна Ивановна и тут же осеклась – проболталась.
Я сделал вид, что не расслышал и промолчал. Она подняла две костяшки и посмотрела на них, сосчитав глазами белые пятнышки. Я тоже взял две и тоже сосчитал.
Здесь нет любви. Часть 4