Лосюшка! - а лицом она, нестарым и вообще красивым – в сорок лет Катерина его ого-го! - к Вале - цоп её за сиськи!
— Иди ко мне, Валюшка! - и давай миловать сношеньку! Взасос её, взасос целует! Лось на сосущихся женщин не в обиде – у него к обеим полный доступ. Он, хочет, Катерину ебёт, а, хочет – Валю. Всего-то делов: разверни бабу как тебе надо, подвинь, не то сам подвинься – труд невеликий! Женщины обе в большой охоте: мурчат кошками, друг дружке титьки сосут, пёзды; тут Василь Антонычу и кино цветное, и дырок полный набор – и каждая в двух экземплярах.
— Еби, Вася! Еби нас! – Катерина как всегда орёт мартовской котейкой. – Еби меня! Еби Валюшку!
— А мы и сами с усами! – хихикает Валюшка. – Да, Кать?
— «С-а-а-ами»! Вот я вас, сучек! – рычит в приятной истоме Лось.
Повадилась Катерина, Лося с утра в правление проводив, с Валюшкой в кровати ещё поваляться, поинтимничать.
— А чо нам, бабам? На и без мужика хорошо! Надвое тоже сладенько! – Катя с Валей одёжу долой и ну голышами ласкаться!
Валюшке это тоже любо: пока они с Катей друг дружке разнообразные места вылизывает остренькими язычками, прочие-то снохи и полы во всех комнатах вымоют, и бельё перестирают, и за детьми присмотрят, и за животинкой доглядят. Хозяйство общее, Валюшкины дочки без завтрака не останутся.
Так что Валя с Катериной беззаботно любовью занимаются.
— Катенька! Ка-а-атенька моя!
— Валенька! Донюшка моя! Ва-а-аленькааа!
От волнительных чувств большая и тёплая Катерина маленькую хрупенькую Валюшку будто малую дитятку тетешит, ворочает, ручки-ножки ей раздвигает, нацеловывает её всю - от макушки до пят.
— Дай я тя в пупочек... губки... сладкую попочку! Чмок-чмок!
Однажды они, две любезницы, устроились как обычно, валетиком. Катя сверху над Валей, ножки ей задрала, пополам её сложила и пизду сладенькую лижет, а собственной пиздой, мягкой и пушистой, она Вале титьки щекотит, смазочкой душистой их поливает...
А Валя по своему обычному хотению Катеньке жопную дырочку языком полирует. Это у них - игра в «шестьдесят девять».
Катя из-под перины книжку вынимает, суёт себе за спину - Вале:
— На-ко! - говорит. – Погляди, доня моя! Ты у нас в очках!
У близорукой Вали чёренькие очёчки на носопырке. Икры к плечам прижаты, пизда нараспах и язычок свекрухин самые нежные места щекочет. Валя извивается пиявкой, охает и хрюкает, а ей книжку под нос суют!
— Погляди! Читай, грамотная!
Делать нечего, Валя кое-как мостит книжку Кате на копчик, глянцевой обложкой прикрыв бесстыжий глазок ануса, и листает: книжка - сплошные картинки, а слов вообще никаких.
Слова, как говорится, тут излишни: сплошь голые бабы, сплошь пёзды навыворот. Бабы разнообразно ебутся - без мужиков. Вроде как они с Катей, но позаковыристей: у каждой пары баб по резиновому елдаку совершенно натурального вида. Одна елдак к лобку ремешками через жопу прикрутила – а другая распахнулась перед ней как форточка в жару. И ебутся бабы друг тем елдаком. За милую душу!
— Вон чо, Валь! Учись, как настрачивают, извращуги! – пыхтит Катерина, явно довольная тем, как Валя реагирует на картинки.
А Валя аж коченеет от восторга, аж озноб у неё по всей жопе!
— Учись, да другим не рассказывай, смотри! За такие книжки, доня, в тюрьму содют! – у бедовой Катерины страха нет, она за Валюшку переживает. - Читай, доня!
Катерина, видать, хорошо книжку изучила - сама она от возбуждения красней редиса. Валя чувствует, как волоски на её губках, что от недавнего бриться опять отросли, Катерина покусывает в самом игривом духе. И как похотник засасывает, и
История с колготками