— я застонал, но она не останавливалась. Её рука сжала мой член, ритм совпал с толчками. Кончил так, что слёзы выступили на глазах.
Теперь игрушка лежит в нашей тумбочке, рядом с презервативами. Иногда я ловлю себя на том, что смотрю на неё, пока она спит. Достаю, верчу в руках, включаю вибрацию на секунду — и быстро выключаю, будто краду сладость. Она заметила. Вчера утром поймала мой взгляд и сказала: «Можешь пользоваться сам, если захочешь». Я покраснел, но кивнул.
Пока не решаюсь. Но когда она берёт её в руки, а я вижу, как дрожат её пальцы от возбуждения — понимаю: скоро перестану бояться. Может, даже попрошу большего.
Она положила маленькую чёрную коробочку на стол, когда я ел завтрак. Внутри лежала силиконовая пробка с розовым кристаллом на конце — выглядела как украшение, а не то, что она собиралась со мной делать. «Интересная игрушка» — задумчиво сказал я, вертя её в руках. Она кивнула, намазывая масло на тост: «Носи по часу в день. Тогда тебе будет проще.
Я поперхнулся кофе. «Ты хочешь, чтобы я ходил с этой штукой внутри?» Она подошла, обняла сзади: «Только дома. И недолго. Попробуешь?» Голос звучал мягко, и я снова не смог ей отказать.
Первый раз был...странным. Она заставила меня лечь на кровать, ноги подняты, как в позе у гинеколога. «Расслабься», — сказала, смазывая пробку лубрикантом. Я зажмурился, когда холодный наконечник упёрся в меня. Вошло легче, чем я ожидал — мягкое давление, заполненность. «Как?» — она присела рядом, гладя моё бедро. «Странно», — пробормотал я. Но когда встал, ощущение стало другим — будто что-то подталкивало снизу при каждом шаге.
Через два дня она усложнила правила: «Сегодня будешь носить её во время уборки». Я возмутился: «Это же...» — «Всего час», — перебила она, уже вставляя пробку. Я пылесосил квартиру, краснея каждый раз, когда она проходила мимо и шлёпала меня по заднице. «Молодец», — смеялась она, а я клялся себе, что это в последний раз. Но к концу часа... привык. Даже забыл о ней, пока не наклонился за книгой — пробка сместилась, и волна тепла прокатилась по спине.
Теперь мы используем её перед сексом. Она ставит таймер на телефоне: «30 минут — и начинаем». Я сижу на диване, пытаюсь смотреть сериал, но пробка напоминает о себе при каждом движении. К концу получаса я уже мокрый от возбуждения.
Вчера она впервые не дала вынуть пробку за весь день. А вечером прошептала мне на ухо: «Я тебя хочу», — сказала, толкая меня на кровать. Вошла глубже, чем обычно. Мышцы были расслаблены, почти не сопротивлялись. «Лучше?» — спросила она, и я, стиснув зубы, кивнул. Кончил быстрее, чем когда-либо, её имя сорвалось как молитва.
Сегодня утром я сам достал пробку из ящика. Она спала, а я стоял в ванной, вертел её в руках. «Всего на час», — прошептал, как будто оправдываясь. Вставил, замер у зеркала — лицо красное, но в глазах... азарт.
Когда она увидела, то не стала комментировать. Просто улыбнулась и налила мне кофе. Но я заметил, как её рука дрожала, когда она передавала чашку.
Она вышла из ванной в одних кружевных трусиках, и я сначала не понял, что не так. Потом увидел. Между её бёдер, там, где всегда была гладкая кожа, теперь торчал член. Настоящий. С синими венами, легкой изогнутостью, даже кожей, будто живой. Я вскочил с кровати: «Что это такое?»
Лиза замерла, руки дрожали, поправляя ремни, которые обвивали её талию и бёдра. «Просто... посмотри ближе», — голос сорвался. Подошёл, потрогал — тёплый, упругий, как
А я его обажаю)