Пока я держал спинку стула, Лиза положила руку мне на плечо и встала на сиденье. Она открыла шкаф и начала переставлять посуду, чтобы найти нужную форму.
Когда Лиза стояла на стуле, её интимные места оказались чуть выше уровня моих глаз. Я разрывался — куда смотреть? У неё были аккуратно подстриженные, выдающиеся половые губы, покрытые короткими каштановыми волосками. Между ними слегка выглядывал клитор. Я уловил её женственный аромат, смешанный с запахом мыла Dove. Один взгляд и этот запах — и мой член начал набухать. Нужно было смотреть куда-то ещё, и я поднял глаза. Ошибка — теперь я пялился на её роскошные груди размером с грейпфрут.
Лиза посмотрела на меня сверху и сказала:
— Майк, кажется, я не могу дотянуться до нужной формы. Не могли бы мы поменяться местами, чтобы вы её достали?
«Чёрт, — подумал я. — Если я встану на стул, мой стояк будет на виду у всего мира».
— Вы уверены, что не достанете? — спросил я.
— Она совсем в глубине. Вы выше, думаю, у вас получится, — ответила она.
Лиза спустилась со стула, слегка задев меня, пока мы менялись местами. Я глубоко вдохнул, мысленно умоляя свой член опасть, и встал на стул.
Эмили хихикнула:
— Мам, осторожно! Не хватало, чтобы Майк ткнул тебе в глаз.
Клянусь, я почувствовал горячее дыхание Лизы, когда она рассмеялась.
— Кажется, он побольше, чем у твоего отца, — сказала она, хихикая над шуткой Эмили.
— Какую форму взять? — спросил я.
— Большую оранжевую, в глубине, — ответила Лиза.
Мне пришлось повозиться, переставляя другие формы, чтобы добраться до нужной. Всё это время я чувствовал, что обе они пялятся на мой член.
Я передал форму Лизе и спустился со стула.
— Спасибо, ты настоящий молодец, — сказала Лиза. Потом она взглянула на мой член, затем снова в глаза и добавила: — Хороший, Майк.
Эмили подала мне газировку, и мы сели за кухонный стол, пока Лиза готовила ужин. Через пару минут Лиза попросила:
— Эмили, милая, не могли бы вы приготовить салат к ужину?
Эмили достала из холодильника ингредиенты и встала рядом с матерью, готовя салат. Они вдвоём, стоя спиной ко мне, были так похожи — просто восхитительны. Один рост, одно телосложение, одинаковые обнажённые ягодицы, одинаковый цвет и стиль волос. Единственное, что отличало мою Эмили от её матери, — татуировка бабочки на левой ягодице.
Лиза закончила с запеканкой, повернулась и нагнулась, чтобы поставить её в духовку. Я оказался в идеальной позиции, чтобы разглядеть сокровище между её бёдер. Гравитация тянула её пышные груди к полу. Вид её сочных половых губ сзади снова заставил мой член затвердеть. Быть нудистом оказалось не так просто, как я думал.
— --
Джон вернулся домой с «аварийной ситуации» на заводе и вошёл на кухню голым.
Его первыми словами были:
— Голоден, как медведь. Что на ужин?
Лиза ответила:
— Я приготовила твою любимую запеканку из свиных отбивных с рисом.
— Спасибо, — сказал он и подошёл к ней.
Он обнял Лизу всем телом и поцеловал в губы. Я заметил, что его большой необрезанный член оставался вялым. Если бы я так обнял её (или любую красивую обнажённую женщину), мой стояк был бы таким, что она могла бы подтягиваться на нём. Похоже, дело в самоконтроле, которого у меня не было.
Томпсоны были радушными хозяевами. За ужином я лучше узнал семью Эмили. Выяснилось, что они живут в этом доме с тех пор, как Эмили было шесть лет.
Джон рассказал, что его отец основал химический завод, а он взял управление на себя, когда тот ушёл на пенсию. Когда
Каникулы в Астрахани