она уже была на пути к тому, чтобы достичь пика наслаждения, я остановился.
— Не могу. Что-то с тобой не так. Что тут случилось без меня?
— Ладик, милый, давай, я после тебе всё расскажу! Любимый! Только тебя люблю! Одного тебя!
****
И снова я появился только на четвёртый день. Ольга обрадовалась мне, но я чувствовал, что что-то не так. Ночной секс был каким-то вялым, но постепенно Ольга вновь сделалась страстной. И когда она уже была на пути к тому, чтобы достичь пика наслаждения, я остановился.
— Не могу. Что-то с тобой не так. Что тут случилось без меня?
— Ладик, милый, давай, я после тебе всё расскажу! Любимый! Только тебя люблю! Одного тебя! В голосе жены появились нотки похожие на лёгкую паннику.
Только тебя? Одного тебя? А с другими, что, тоже, но не любя, так что ли?
От этой мысли я окреп плотью ещё сильнее. Снова охватили одновременно ревность и возбуждение. Я лежал, словно пригвоздив жену членом между ног не двигаясь, мысленно уже догадавшись о том, кто тот другой. Появилось ощущение обиды. Не на него, а на жизнь. Я понимал, что это глупая случайность привела к тому, что отец с такой силой захотел мою жену. Его можно понять: как справиться и удержаться, голодая больше года, когда рядом безумно красивая молодая женщина! Ещё год назад я узнал через Ольгу о том, что у моей мамы развился вагинизм. Болезнь такая, из-за которой близости у моих родителей больше нет. Всё это крутилось в голове, добавляя эрекцию.
А что, если жена элементарно устала от притязаний моего отца, и то, что я себе нагородил в голове – продукт извращённого воображения, для большего возбуждения? Вот и представил себе, что отец сделал мою жену своей любовницей, и теперь они регулярно спят!
Мощная струя вырвалась из меня, ставя точку на этих фантазиях. Я вновь увидел взгляд влюблённых глаз жены, и самому стало смешно и стыдно за то, какими развращёнными я представил себе самых близких мне людей.
Потекли ничем не примечательные дни. Сын старался вовлечь меня в свои игры, а я его – в мужскую работу молотком и пилой. Ольга с любовью улыбалась, глядя на меня, и всё налаживалось. Конечно, нельзя было не почувствовать того, что после всех приключений в сексе у неё аппетиты очень возросли, но Ольга мужественно старалась усмирить их. В постели она всё более страстно отдавалась мне, будто заново влюбляясь, и всё больше делалась похожей на ту, прежнюю Ольгу, только более темпераментную и охочую до секса.
Однажды, лёжа в постели и отдыхая, она задумчиво поглаживала свой налитой ещё после близости похотничок, и неожиданно спросила:
— Лад, тут Олежка новое слово выдал, у соседей подцепил. Татьянин свёкор её не невесткой называет, а снохой. Странно. Я тут подумала, а в чём разница?
— Ну, сноха - это та же невестка, только её ещё и свёкор сношает, от этого и слово появилось.
— Ничего себе! Я, когда в деревне в магазин ходила, то столько раз слышала, что кого-то называют чьей-то снохой! Это что, все они со своими свёкрами?! Вся деревня?!
— Не знаю. Имеют право. Может, тут деревня такая, где это у всех принято!
— Думаешь?
— А что такого! Ну, если свёкру не с кем или невестке мало одного мужа! Они же не занимаются развратом, просто, дарят радость друг другу и облегчение от желания в кругу своих. Могу сказать точно одно: если для этого в народе появился специальный термин, то это явно распространённое явление. Может, в этой деревне так принято, мы же не знаем!
Дискотека 80