вы должны вернуться сюда в течение 40 минут. Удачи».
Дверь открылась, и первый прохладный ветерок вечернего воздуха ворвался внутрь, скользнув по моей голой коже, послав дрожь по спине и прямо между бёдер. Моя группа нервно выглянула в парковку, позволяя глазам привыкнуть к темноте, и я с тяжёлым сердцем слушала пугающе громкие звуки близкого движения. Это будет совсем не просто.
«Всего наилучшего, всем…»
Впервые за вечер одна из нашей группы обратилась к остальным, и по её сигналу мы все разбежались в разные стороны, начиная опасные путешествия к проклятому фонтану. Как я упомянула ранее, прожив в этом городе больше года, я довольно хорошо знала местность и была уверена, что могу пройти более тихим путём в центр через задние улочки.
Конечно, это удлиняло путь, но зато на улицах должно быть меньше людей, что означало, что я смогу поддерживать лучшую среднюю скорость и не прятаться каждые тридцать секунд. Поэтому, пока остальные Треугольники осторожно двигались по главной дороге, их голые попы блестели под бледным лунным светом, я быстро свернула и поспешила по узкому переулку. У меня были смутные воспоминания о том, как меня тошнило в некоторых из этих коротких путей после поздних ночных гулянок, и я была благодарна, что нам всем разрешили оставить обувь, пока я пробиралась по мокрым и грязным булыжникам.
Первые двадцать минут мой план действительно работал неплохо, большей частью. Избегая главной улицы, я встретила лишь несколько пешеходов, и их легко было обойти, присев за припаркованными машинами и прячась, пока они не пройдут.
Честно, это было довольно захватывающе — выглядывать из-за бамперов и наблюдать, как совершенно незнакомые люди проходят в нескольких футах от моих укрытий, но скоро я поняла, что мой осторожный подход отнимает слишком много времени. У меня не было часов, и, очевидно, некуда было положить телефон, так что я точно не знала, сколько времени провела снаружи, но уже чувствовала, что не продвинулась достаточно.
Так что неохотно я начала становиться более безрассудной, отдавая предпочтение скорости перед скрытностью, и быстро поплатилась за новый поспешный подход. Не проверив как следует в обе стороны, я выскочила из-за фургона, чтобы перейти дорогу, и чуть не попала под велосипедиста, который бесшумно катился по улице. Велосипедист резко затормозил и умудрился не только не сбить меня, но и не врезаться в ряды припаркованных машин, и, остановившись, он собирался отругать меня за беспечность, когда заметил, как я одета. Я защищающе прикрыла пах руками и начала краснеть, пока его широко раскрытые глаза скользили по моим голым ногам.
«Чёрт! Э, простите, вы не подскажете время?»
Парень просто тупо моргнул, но, справедливости ради, я, наверное, вызвала у него сенсорную перегрузку.
«Который час! Который час?»
Наконец велосипедист сообразил и взглянул на часы, затем сообщил плохие новости.
«Э, да… 20:42».
«Чёрт… то есть, спасибо. Пока…»
Я не могла поверить, что уже потратила больше половины времени, а ещё даже не добралась до площади. Я быстро отвернулась от велосипедиста и побежала вверх по дороге, смирившись с тем, что он может быть не последним, кто увидит мою голую попу сегодня. Через пару минут бега мой дух был полностью раздавлен, когда я обогнула поворот и поняла, что полностью облажалась.
Я не вышла на главную площадь, как думала, а оказалась у небольшого скопления ресторанов, которые, как я знала, находились на пару кварталов восточнее. Должно быть, я запуталась в темноте и пропустила поворот где-то, и я прокляла свою глупость, осознав, что теперь это значит, что я буду очень ограничена во времени, какой бы путь обратно ни выбрала.
Там было довольно много людей, всё ещё наслаждающихся поздним ужином,
Сладкая нежная любовь