ли я когда-нибудь ответственность. Я ответил "да". Это была правда. Просто не вся.
Сегодня я похоронил остальное.
За коттеджем, там, где сосны растут близко друг к другу, я выкопал небольшую ямку под корнями. Сначала я положил обломок, который вытащил из сломавшейся оснастки на следующий день после шоу. Затем фотографию. Мы были молоды, смеялись при свете софитов, еще не вспотевшие после выступления. И последнее - письмо. Неотправленное. Анка оставила его сложенным в моем старом шкафчике. Ее почерк был мелким и аккуратным. Оно заканчивалось одним словом. Прости.
Я закрыл коробку и разровнял землю над ней ладонями. Земля была холодной. Но слабый запах канифоли и стали все еще просачивался.
Я долго стоял там.
Не для того, чтобы оплакивать.
Не для того, чтобы оправдываться.
Просто принять.
Потому что от некоторых вещей мы отказываемся, держа их в руках в последний раз.
А затем закапываем в землю.
**********
Глава - "Тишина"
(От первого лица: Элоди)
В этом году озеро рано оттаяло.
Я сижу на крыльце, подогнув ноги, завернувшись в одеяло, хотя солнце греет вовсю. Малыш легонько толкается у меня под ребрами. Я улыбаюсь в пустоту, той улыбкой, которая появляется, когда кажется, что тишина заслужена.
Жюльен стоит у небольшой тренировочной платформы, которую мы вместе построили прошлой осенью. Он показывает группе местных ребят, как перебираться через балку, не глядя вниз. Он всегда начинает с доверия. Всегда напоминает им, что тело помнит то, о чем забывает разум.
Сейчас он смеется. Чаще, чем раньше. В нем все еще есть что-то сдержанное, но постепенно оно смягчается. Спокойствие, которое дается нелегко. Или обходится дешево.
Он спит большую часть ночей. Я знаю это, потому что смотрю, как он дышит. Его лоб не морщится, как в ту первую зиму. Иногда по ночам он все еще становится тихим, но тяжесть, которую он несет, кажется, больше не сгибает его. Он ходит прямее. Остается на месте. Смотрит вперед.
Я прижимаю руку к животу и наблюдаю, как солнечные блики играют в его волосах, когда он демонстрирует поворотное положение. Дети радостно кричат. Он ухмыляется. И всего на секунду он снова выглядит молодым.
— Он спас меня, - шепчу я. Не знаю, почему я произношу это вслух.
Не знаю, насколько это правда.
Может быть, мы спасли друг друга.
Может быть, этого достаточно.
**********
Глава - "Проволока помнит"
(От первого лица: Жюльен)
Деревья стояли на достаточном расстоянии друг от друга.
Высокие сосны с корой, похожей на изношенную веревку, и ветвями, которые тянулись, не касаясь друг друга. Я сам повесил ленту провода. Ничего особенного. Никаких натяжителей. Никаких креплений, вбитых в сталь. Только веревка, узлы и доверие, которое можно заслужить, только потеряв его первым.
Были сумерки. Ветер медленно гулял по поляне, шевеля траву и нашептывая слова, которые мне не хотелось слышать. Я вышел на финишную прямую босиком, расслабленно опустив руки по швам. Никакой толпы. Никаких огней. Никакой музыки.
Только я.
Лента гнулась под моим весом. Знакомо. Узнаваемо. Я сделал несколько шагов, затем закрыл глаза. Позволил своему телу вспомнить, что значит двигаться, противостоять, дышать вместе с землей, а не против нее.
На полпути я позволил себе покачнуться.
Не опасно. Ровно настолько, чтобы почувствовать острие.
На секунду я задумался, каково это - упасть. Без ремней безопасности. Когда второго шанса не будет. Просто сила тяжести берет верх.
Но я этого не сделал.
Я открыл глаза.
Я продолжил идти.
"Прощение не бывает невесомым. Но есть вещи, которые нужно пронести через все".
**********
Эпилог - "Линия, которую мы покидаем"
(От первого лица: Жюльен)
Теперь все по-другому.
Например, ниже. Безопаснее. Меньше болтов, проще крепления. Высота как раз достаточная, чтобы внушать уважение, а не страх. Линия потрескивает, когда идет дождь, и гудит на ветру, но держится.
Мой ангелочек не утерпел