Вот и наступил Йоль – ведьминский праздник возрождение Солнца и самый короткий день в году. Москвич получил «сказочный» подарок – Екатерина окончательно выкупила его у Пульхерии, и теперь он стал собственностью милфы «на все времена», как с нескрываемым вожделением прошептала она Павлу на ухо. Впрочем, она ни от кого не скрывала эту свою покупку. Едва ключик, запиравший клетку с его «хозяйством», оказался у неё в руках, экзекуторша тут же пристегнула к его ошейнику и самый короткий, из тех, что смогла найти, поводок. И повела хвалиться возвращением своей любимой игрушки ко всем своим подругам, по очереди.
Попила чай у Анны, с гордостью демонстрируя той как умело и грациозно исполняет её новая-старая рабыня всякие церемониальные поклоны, приседания и глубокие реверансы. Павел старался, хотя и подзабыл немного все необходимые ритуальные движения. Но короткий стек-шармбатон в умелых руках милфы вовремя стимулировал его своим обжигающим кончиком.
Затем отдельно Екатерина посетила Доротею Шентес – непревзойдённую мастерицу Тёмных Материй и Энергий. Подробнейшим образом проконсультировалась у той на предмет окончательного закрепощения Павла и превращения в Полину. Поинтересовалась её мнением – лучше ли длительная, многолетняя терапия с постепенным и плавным вхождением в роль горничной, или же магическая операция по смене пола и коррекции сознания сразу и безвозвратно. Доротея, загадочно улыбаясь, посоветовала как всегда компромиссный вариант – никуда не торопиться, и прислушиваться к своим внутренним голосам и ощущениям – они подскажут.
Павел во время этих визитов строго исполнял роль скамеечки для ног своей вновь обретённой хозяйки. Он молча и покорно стоял на корачках, сжавшись и замерев, как того требовала милфа, и даже старался дышать через раз. А она, удобно развалившись в кресле, ставила свои тяжелые полные ноги ему на спину.
— Держишь в чёрном теле? – спросила её Азалия, кивнув на согбенную спину Москвича, когда милфа и к ней его притащила покуражиться.
— Да уж, - блаженно улыбаясь, ответила та. – А то совсем разбаловали всякие мокрощелки мою девочку. Приходится вот проявлять строгость и дисциплину.
— Больше не сбежит?
— Не пущу! Никуда от себя теперь ни на шаг не буду отпускать. Хватит, набегалась! Теперь только кухня, работа, педикюр. Есть у меня одна мыслишка насчёт Полинки – хочу взять её к себе в помощницы. Ты как, не против? Как раз сегодня намерена провести с ней пробную экзекуцию.
Азалия лишь усмехнулась, впрочем, вполне дружелюбно, и никак не прокомментировала намерения своей заместительницы по наказаниям держать Москвича в строгости и послушании.
— Попробуй, - меланхолично отозвалась директриса. – У меня с ним ничего не получилось. Может, ты окажешься настойчивей, кто знает...
— Да уж постараюсь! – гордо ответила Екатерина, ставя правую ногу на макушку Москвича. – Не согну, так сломаю. Теперь это МОЯ девочка.
...На обед Славик явился с распухшей физиономией и уже начинавшими заплывать глазами.
— Это тебя за что так? – нахмурившись, спросил Костя.
— Сам не пойму... - пробурчал Славик и постарался отвернуться от взглядов друзей, суетясь и изображая бурную деятельность.
— Не-не, погоди, дружок! – настаивал Костя. – Давай, колись, что там у вас опять случилось с Илоной?
— Озверела вконец, - глухо пробормотал Славик, понимая, что отделаться общими словами, похоже, не получится.
— Вижу, что озверела, - внимательно рассматривая избитое лицо товарища, понимающе кивнул Костя. – Я спрашиваю, за что?!
— Говорю же: не знаю! – отчаянно огрызнулся Славик. – Последнюю неделю она меня пиздошит почём зря! Просто так! Ни за что! А сегодня вообще сорвалась и ни слова не говоря, распинала лицо ногами. Хорошо хоть босиком пиздила, а то каблуками глаза бы повышибала...
подражание