мной, а я лежу на кровати в разных позах, абсолютно открытая взглядам братика. Иногда я просыпалась раньше его, а иногда — просыпаясь, видела, что он или читает в кровати, или его вообще нет в комнате. Т.е. – он уже обсмотрел меня голую в разных позах и с разных сторон.
В школе дела обстояли не лучшим, но и не худшим образом. Те двое парней в первый же учебный день на переменке отвели меня в сторонку и заверили, что они никому ничего не рассказывали, что я могу не волноваться. Но еще через несколько дней они же опять увели меня в сторону и сказали, что они часто вспоминают меня голенькую, им эти воспоминания очень нравятся, и они очень хотят посмотреть еще раз. Понятно, я с возмущением отказалась. Понятно, они тут же напомнили, что пока молчат, и за свое молчание хотят получить награду, иначе смысла молчать нет, и они начнут рассказывать о том, что видели. Пришлось спускаться с ними в полуподвал школы, где была раздевалка, и, со слезами на глазах, задирать подол, спускать трусики и разрешать трогать мою киску. Но удивление ждало меня дома – я обнаружила, что киска моя не просто влажная, а переполнена густой и ароматной влагой. Хорошо, что дома в это время никого не было, потому что буквально минута игры с клитором принесла мне очень бурный оргазм.
Не стоит говорить, что одним разом эти парни не ограничились, и мы договорились, что они будут это делать 2 раза в неделю, причем мне придется раздеваться полностью. Удивительно, но я ждала этих дней, ждала этих ощущений. Это было почти насилие, меня заставляли самой раздеться. И где! В школе, в раздевалке, куда в любую минуту мог кто-нибудь войти. Я стояла перед ними совершенно голая, одежда моя лежала на полу, они меня лапали, а я страшно возбуждалась от этого. Они засовывали свои пальцы мне в киску, а потом заставляли эти пальцы облизывать, чтобы убрать с них мою, довольно густую, смазку.
Дома все было без изменений, если не считать того, что как-то жена дяди опять затеяла со мной странный разговор. Она стала выспрашивать меня о моем сексуальном опыте, о том, не стесняюсь ли я при брате переодеваться, ходить в прозрачной ночнушке (это она еще не знала, что я уже сплю голенькая). Понятно, я сказала, что сексуального опыта у меня нет, что мне рано об этом думать, и сказала, что совершенно не стесняюсь в семье ходить хоть совсем голой. Все же вокруг свои.
И вот тут жена дяди начала спрашивать мне мнение о своем сыне, как я к нему отношусь, нравится ли он мне и т.д. Услышав мои утвердительные ответы, она вдруг заявила, что она должна заботиться обо мне, в том числе — и о моем сексуальном опыте. И что она очень хочет, что если вдруг у меня проснется желание расстаться с девственностью, сделать это не с кем-то из ровесников, а с ее сыном, которому уже тоже пора начинать набираться опыта. И попросила меня, если такое произойдет, сразу ей об этом рассказать.
Она еще не раз проводила разговоры по ликвидации моей сексуально безграмотности. Рассказывала о беременности, методах предохранения, о позах и выдавала мне прочие сведения, некоторые из которых я уже или знала, или испытала.
Прошло больше месяца, дело близилось к моему очередному дню рождения. Последнее время подробности инцидента с поркой подзабылись, возбуждение при воспоминании об этом уже не приходило. Как-то, лежа в ванной и безуспешно терзая свой клитор, я вдруг ясно поняла, что мне
Первый день