ничего, кроме моря улыбок. Стейнбек перестал хмуриться, и на его лице снова появилась блаженная улыбка. Он продолжил. - Дебби, здесь, перед этими свидетелями и Всемогущим Богом, клянешься ли ты любить, почитать и лелеять Молли всегда?
Глаза тети Дебби наполнились слезами счастья, когда она кивнула, а затем чуть не захихикала, вспомнив, что должна была сказать: - От всего сердца, да!
Священник повернулся к Молли и сказал: - Молли, здесь, перед этими свидетелями и Всемогущим Богом, клянешься ли ты любить, почитать и лелеять Дебби всегда?
По лицу Молли текли слезы радости, когда она сказала дрожащим от волнения голосом: - От всего сердца, да!
Стейнбек удовлетворенно кивнул и сказал: - Молли и Дебби хотели бы поделиться со всеми своими клятвами.
Он кивнул, и Молли заговорила первой, повернувшись к Дебби и вложив свои руки в ладони пожилой женщины. - Дебби, дорогая моя. Я знала, что такое любовь, еще до того, как встретила тебя, но ты показала мне, какой по-настоящему замечательной может быть любовь. Я принадлежу тебе всем сердцем и душой, сейчас и навсегда. Я люблю тебя, сладкая.
Дебби вздохнула и ответила: - Моя чудесная Молли. Ты снова сделала сердце старой девушки молодым и напомнила мне, как это прекрасно - не только любить, но и быть влюбленной. Я твоя, сердцем и душой, сейчас и навсегда. Я люблю тебя, Молли.
Я думаю, мы все как-то дружно воскликнули: - О-о-о. - Я посмотрел на маму и увидел слезы в ее глазах, а она посмотрела на меня с теми же жгучими эмоциями, которые демонстрировали ее сестра и Молли.
Священник сказал: - Кольца, пожалуйста. - Молли и Дебби повернулись и взяли простые золотые кольца, которые мы с мамой держали в руках.
Когда Молли и Дебби повторили слова "С этим кольцом я выхожу за тебя замуж", мы с мамой уставились друг на друга, и мама одними губами произнесла "Скоро", обращаясь ко мне. Даже беззвучно, в этом было столько обещания, что я почувствовал, как мой член зашевелился в брюках.
— Перед лицом Господа я объявляю вас супругами, - нараспев произнес Стейнбек. - Вы обе можете поцеловать невесту! - Все рассмеялись, а Молли и Дебби прижались друг к другу. Их тела, казалось, идеально подходили друг другу, когда они целовались, а языки жадно танцевали в унисон. - Дамы и господа, я представляю вам Дебби и Молли Гамильтон-Кэш! - Мы все начали аплодировать, а затем толпа людей просто устремилась вперед, и в течение нескольких минут было много объятий и поцелуев, многие из которых, на удивление, были очень страстными.
Потом мама оказалась в моих объятиях, и мы поцеловались. Я почувствовал тот восхитительный и озорной заряд, который всегда испытывал, когда целовал по-французски свою собственную мать на глазах у других людей - тех, кто знал, что мы мать и сын, и тех, кто этого совершенно не замечал. В любом случае, это было волнующе, и мне было приятно чувствовать, как пышное мамино тело прижимается к моему. Чувствовать, как бьется ее сердце, как учащается пульс, когда наши языки сплетаются в дуэли.
Эти сладкие ощущения внезапно усилились, когда Дебби и Молли приблизились к нам. Внезапно я почувствовал, как Дебби сосет мой язык, в то время как мама и Молли страстно целовались. Когда моя тетя захочет, она может вскружить тебе голову одними губами и языком. У меня определенно закружилась голова от желания, прежде чем она передала меня Молли, которая терлась об меня, когда, казалось, взбиралась по моему телу и прижималась губами к моему разуму, шепча: - Я никогда не была так счастлива, сладкий.
Наташа. На дискотеке.