это было возможно под невеликим, но все-таки ощутимым весом девчонки.
— Она сейчас занята... Да, конечно... Вы можете отправить проект договора на нашу почту... А-а-ах!..
Это Петр поддал бедрами особенно сильно, отчего стройное тело подлетело сантиметров на 10, потом автоматически опустившись на пронзающий влагалище член.
— Нет-нет, все в порядке. Просто укололась чем-то маленьким и тонким...
Ангелина, грозно сдвинув бровки, с осуждением насупилась в сторону парня, нисколько не тронутым шпилькой в свой адрес. Впрочем, было видно, что ей скорее понравилась его инициатива, чем наоборот. Увы, игривое настроение было сметено льдистым взглядом начальницы, посмотревшей в его сторону даже не строго, а скорее недоуменно... Ну, его на хрен! Пожалуй, лучше больше не шалить! А то ещё лишат новых «необременительных» обязанностей...
— До свидания, хорошего дня!
И девушка, вцепившись в плечи партнера принялась скакать с еще большей интенсивностью, чем перед ответом на звонок. При этом она уже не смогла сдержать стонов и вскриков, когда жесткий член пронзал ее на всю длину.
И вдруг раздался голос Виктории Алексеевны:
— Коллеги, пожалуйста, потише! Мне надо сделать звонок.
Разбушевавшаяся Ангелина даже не восприняла распоряжение, и Петру пришлось сдавить ладонями бедра партнерши, чтобы зафиксировать ее при максимальном проникновении. А потом шепнуть, указав глазами в сторону начальницы
— Виктории Алексеевне нужно позвонить.
Ангелина разочарованно-недовольно закатила глаза, но перестала рьяно насаживаться на член. Впрочем, это не помешало ей наслаждаться им, слегка раскачивая бедрами.
Петр не особенно вслушивался в разговор Снежной королевы, его здесь и сейчас больше занимали собственные эмоции: это и по-прежнему восхитительные ощущения от влажной, тугой дырочки партнерши, елозящей на деревянной эрекции; и довольство собой – девчонка походу сгорала от возбуждения; и распирающий грудь восторг от обладания стройной красоткой; и предвкушение близости с сексуальной начальницей.
Однако мальчишечья натура взяла свое несмотря на все зароки не шалить: он взялся за соски Ангелины и принялся их довольно жестко тереть между пальцами. Девушка тихонько, практически шепотом, охнула в самом начале, а потом ей пришлось вцепиться зубками в ладонь, чтобы не застонать. Но стройное тело, плотно насаженное на член, вздрагивало, дергалось и извивалось.
Петр иногда посматривал на Викторию Алексеевну, но та не замечала манипуляций подчиненного со своей секретаршей, похоже, пребывавшей на пределе.
И едва начальница нажала отбой, увидевший это парень начал подбрасывать вверх-вниз упругие грудки за соски, жёстко защемленные в пальцах, тем самым заставив партнёршу интенсивно заскакать. И почти сразу та бурно кончила с громкими вскриками на выдохе. Стройное тело крупно встряхивало, Петр же одновременно почувствовал, как пульсирующе сокращается влагалище на напряженном стволе.
— Ангелина! – раздался строгий голос Снежной Королевы, от которой явно не укрылось происходящее с секретаршей. – Если господин Михайлов захочет кончить, то примешь его сперму в рот. Нечего в моем кабинете слякоть разводить!
— Я поняла, Виктория Алексеевна, - простонала девушка, все еще вздрагивающая в последних отголосках оргазма.
А потом снова принялась размашисто насаживаться на жёсткий кол, иногда закусывая пухлую нижнюю губку, а иногда восклицая:
— Ох, как же хорошо!.. Теперь смогу полностью сосредоточиться на выполнении своих обязанностей!.. Вы такая мудрая, Виктория Алексеевна!..
И тут упомянутая появилась сбоку от совокупляющейся парочки. Да еще в каком виде! Она была обнажена точно так же, как и своя секретарша – лишь в одних чулках, только черного цвета!
Она саркастически приподняла точеную бровь:
— Вы еще держитесь, господин Михайлов? Похвально. Какие оказывается таланты можно открыть в нашем коллективе.
Ее голос с небольшой прохладцей был ровен, словно нужно было похвалить нерадивого сотрудника за работу, вдруг хорошо выполненную... А разве это было не так?
— Что ж, я думала продолжить вечером – сейчас мне надо уезжать по делам.
Нежность раскрывает щели