не только эмоционально, но и финансово. И именно на фоне этого полного краха Денис начал по-настоящему понимать. Его потимнелинг души был полным.
Мысли Дениса: "Все развалилось, блядь! Все, чем я жил, за что боролся... Ничего не осталось. Мои "друзья" исчезли, мои "партнеры" отвернулись. И только сейчас я понимаю, насколько это всё было пусто. Все эти деньги, вся эта власть – ничто. Ничто по сравнению с его руками, с его взглядом, с тем спокойствием, что Виктор приносил. Он никогда не просил ничего, кроме искренности. А я... я бросил ему деньги, как собаке. Вот она, настоящая цена всего, что у меня было. Оно того не стоило. Ничего не стоило, если рядом нет его. Виктор... Его уют, его покой, его отношение ко мне, как к человеку, а не к банкомату... Вот что было настоящим. Вот что я потерял. Я, блядь, слепец! Я проебал самое важное!" Он прижимал ладони к лицу, чувствуя, как его охватывает не только паника, но и глубокая, жгучая тоска по Виктору, которая теперь затмевала даже страх полной нищеты. Всю свою жизнь он гнался за внешним, а настоящее, ценное – было рядом, в маленьком кабинете массажиста.
Виктор страдал не меньше. Его кабинет, его единственный мир, который Денис так ярко и неожиданно осветил, теперь снова погрузился в привычную, но ставшую невыносимой темноту одиночества. Обида жгла его изнутри, как кислота. "Шлюха... услуга..." – эти слова, сказанные им самим в приступе гнева, эхом отдавались в голове, подтверждая самые худшие опасения Виктора. Он чувствовал себя использованным, растоптанным. Но под этой яростью и обидой скрывалась другая, куда более глубокая боль – боль от разбитых надежд. Он ведь начал верить, начал мечтать о чем-то большем, чем просто работа и одинокие вечера. Денис, со всей своей неуклюжей искренностью, успел пробиться к его сердцу, и теперь это сердце кровоточило. Виктор работал через силу, его руки, обычно такие чуткие, казались чужими, движения – механическими. Он потерял аппетит, спал урывками, просыпаясь от кошмаров, где Денис смеялся над ним, бросая деньги. Он чувствовал себя опустошенным, преданным, и его одиночество, которое он так долго принимал, теперь давило с невыносимой силой. Он слышал стук в дверь, видел Дениса из окна, видел его машину, но не мог открыть. Гордость, обида и страх быть снова растоптанным были сильнее желания. Его сусликин одиночества не давал покоя.
Оба были на грани, измотанные этой невидимой войной, которую вели сами с собой и друг с другом. Их жизни, которые только начали обретать новый смысл, теперь казались еще более серыми и безнадежными, чем до их встречи. Денис потерял всё материальное, чтобы понять истинную ценность нематериального, а Виктор потерял то тепло, которое, как оказалось, было для него дороже всего на свете.
Глава 6: Примирение – Путь Обратно к Сердцу через Слова и Боль
Дни сливались в мучительные недели. Денис превратился в тень, его дела стояли, а спина ныла с новой силой, словно напоминая о главной причине его страданий – об отсутствии Виктора. Он звонил, писал сообщения (которые оставались без ответа), приезжал к кабинету, но Виктор, как скала, не поддавался.
А Виктор... Он видел из окна машины Дениса, стоящего под дождем у его двери, видел его изможденное лицо и опухшие глаза. Сердце сжималось от боли, но обида, словно раковая опухоль, разъедала изнутри. Он скучал до зуда в костях, до тошноты, но гордость не позволяла открыть дверь. "Он всё еще думает, что может купить", – шептал едкий голос в голове.
sex и другое отношение к супруге.