На четвёртый день раздался звонок. Антон, бледный и напряжённый, взял трубку. Его лицо стало ещё мрачнее, когда он услышал голос на том конце провода. Вернувшись вечером из офиса, он выглядел раздавленным. Он сел на диван, жестом пригласив меня сесть рядом, и начал говорить, избегая моего взгляда.
— Лера, — его голос дрожал, — это был Ахмед. Он... он хочет, чтобы мы стали его... секс-игрушками. Постоянно. — Он сглотнул, его пальцы нервно теребили край рубашки. — Его люди уладили всё с моей работой. Мы в бессрочном отпуске. И... — он достал из кармана пачку денег и бросил её на стол, — вот. Это от него. Чтобы мы не думали о деньгах. Но взамен...
Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица. — Взамен что? — прошептала я, хотя уже знала ответ.
— Если мы откажемся, они разошлют видео. Всем. Нашим друзьям, коллегам, в крупные компании города. — Его голос сорвался, и он закрыл лицо руками. — Лера, я не знаю, что делать.
Я сидела молча, чувствуя, как мир рушится. Мы были в ловушке. Ахмед, этот властный мужчина с тяжёлым взглядом, теперь держал нас на поводке. Он не просто изнасиловал нас — он решил присвоить нас, как вещи. И самое страшное — он отправил своих братьев, Карима и Рустема, чтобы “подготовить” нас к новой роли. Они должны были приехать завтра.
Ночь прошла без сна. Антон сидел на кухне, допивая бутылку коньяка, а я лежала в спальне, глядя в потолок. Мои мысли путались: страх, стыд, отчаяние смешивались с чем-то ещё — странным, тёмным чувством, которое я не хотела признавать. То, что произошло в автосервисе, оставило след не только на моём теле, но и в моём сознании. Я ненавидела себя за оргазмы, которые пережила, но не могла отрицать, что часть меня откликнулась на грубость, на власть, на унижение. Это пугало меня больше всего.
Утром, ровно в одиннадцать, раздался звонок в дверь. Мое сердце ухнуло в пятки. Антон, бледный, с тёмными кругами под глазами, открыл дверь. В квартиру вошли Карим и Рустем, их шаги были тяжёлыми, уверенными. Они бросили ключи от нашей машины на стол — её, видимо, починили и пригнали обратно. Карим, высокий, с густой бородой и холодными глазами, прошёл в зал и развалился на диване, широко расставив ноги. Его чёрные джинсы плотно облегали бёдра, и я невольно заметила бугор в области паха. Рустем, более худощавый, с короткими волосами и острым взглядом, присел на край стола, поигрывая чётками.
Мы с Антоном стояли перед ними, боясь пошевелиться. Страх сковал моё тело, но я чувствовала, как под этим страхом зарождается что-то ещё — предательское тепло, которое я пыталась подавить.
— Сегодня мы тут, чтобы рассказать вам о вашей новой жизни, — начал Рустем, его голос был спокойным, но в нём чувствовалась угроза. — Ахмед хочет, чтобы вы стали настоящими шлюхами. Ты, девка, — он кивнул на меня, — запишешься в салон красоты. Новая стрижка, макияж, маникюр — всё, чтобы выглядеть как дорогая блядь. И одежду новую купишь. Короткие юбки, чулки, бельё, чтобы Ахмеду нравилось. А ты, — он повернулся к Антону, — забудь, что ты мужик. Жена будет покупать тебе шмотки. Чулки, трусики, юбки — теперь это твоё.
Рустем засмеялся, и его рука с силой шлёпнула Антона по попке. Антон вздрогнул, его лицо покраснело от унижения, но он не сказал ни слова.
— Если вздумаешь брыкаться, — продолжил Рустем, и его взгляд стал жёстче, — пострадает твоя тёлка.
В лодке