что я вскрикнула, и бросил на ковёр. Боль пронзила кожу головы, и я упала на колени, задыхаясь. Антон бросился ко мне, но Карим перехватил его, с лёгкостью подняв и усадив на колени перед собой. Рустем вытащил из брюк ремень и с силой ударил меня по животу. Я закричала, сжавшись от боли, а кожа на животе тут же покраснела.
— Надеюсь, ты понял, пидорок? — рявкнул Карим, отбрасывая Антона. Тот рухнул рядом со мной, обнимая меня, его руки дрожали. — Завтра мы вернёмся. Если не удивите — пожалеете оба.
Они ушли, оставив нас на полу. Я первой пришла в себя, чувствуя, как слёзы жгут глаза. Я поцеловала Антона в щёку, его кожа была холодной и влажной от пота. — Нам придётся подчиниться, — прошептала я. — У нас нет выбора.
Вечером мы поехали за покупками. В магазине косметики я взяла всё, что могло понадобиться: ярко-красную помаду, тени с золотым отливом, тушь, духи с тяжёлым мускусным ароматом. Антон молчал, пока я выбирала, но его взгляд был полон тоски. В магазине одежды я чувствовала себя как в трансе, выбирая для себя короткие чёрные платья, чулки с кружевной резинкой, прозрачные трусики и бюстгальтеры, которые едва прикрывали грудь. Для Антона я взяла женское бельё — розовые стринги, чёрные чулки, короткую юбку и топ, который подчёркивал его худощавую фигуру. Он был моего размера, и это делало всё ещё более унизительным.
На следующий день Карим и Рустем вернулись. Они оглядели нас с ног до головы, и Рустем хмыкнул, увидев пакеты с покупками. — Неплохо, — сказал он, садясь на диван. — А теперь покажите, что вы шлюхи. Раздевайтесь.
Я почувствовала, как кровь прилила к лицу, но начала снимать одежду. Моя новая юбка упала на пол, обнажая кружевные трусики, которые едва прикрывали мою киску. Антон, дрожа, снял рубашку и джинсы, оставшись в розовых стрингах, которые я купила. Его член, уже слегка возбуждённый, проступал сквозь тонкую ткань, и я видела, как Карим ухмыляется.
— На колени, оба, — скомандовал Карим, расстёгивая ремень. Его член был массивным, с толстой багровой головкой, уже блестящей от возбуждения. Рустем последовал его примеру, обнажая длинный, слегка изогнутый член с выступающими венами.
Я опустилась на колени, чувствуя, как ковёр царапает кожу. Антон сделал то же, его лицо было пунцовым от стыда. Карим подошёл ко мне, его член оказался перед моим лицом, и я почувствовала его резкий запах — смесь пота и мускуса. — Открывай рот, — приказал он, и я подчинилась, чувствуя, как его головка скользит по моим губам. Он вошёл глубоко, давя на горло, и я закашлялась, но он не останавливался, двигаясь с грубой настойчивостью.
Рустем тем временем подошёл к Антону. — Давай, шлюха, работай, — сказал он, и я услышала, как Антон издал сдавленный стон, когда Рустем вошёл в его рот. Я видела, как Антон пытается справиться, его глаза наполнились слезами, но он не сопротивлялся.
Карим схватил меня за волосы, задавая ритм. Его член заполнял мой рот, и я чувствовала, как слюна течёт по подбородку. Моя киска, несмотря на страх, начала пульсировать, и я ненавидела себя за это. — Смотри, как ей нравится, — хмыкнул Карим, заметив, как мои бёдра сжимаются. — Течёт, шлюха.
Он вытащил член из моего рта и толкнул меня на ковёр, на спину. Мои ноги раздвинулись, и он сорвал мои трусики, обнажая мою киску, уже влажную от невольного возбуждения. — Глянь, какая мокрая, — сказал он Рустему, и тот засмеялся, продолжая трахать Антона в рот.
Судьба-быть шлюхой