Темнота клуба Velvet Desire была наполнена мягким, соблазнительным светом, бархатные шторы пропускали лишь алые отблески неоновых огней, а в воздухе витал густой аромат дорогих духов, смешанный с дымом сигар и сладковатым запахом виски. Зеркальные стены отражали ее силуэт, дробя его на тысячи искрящихся осколков, а низкие диваны с бархатной обивкой тонули в полумраке, скрывая лица тех, кто жадно следил за каждым ее движением.
И в центре этого мира была Люси. Ее черные, как ночь, волосы рассыпались по плечам, переливаясь под светом светодиодов, а голубые глаза, словно два осколка льда, скользили по залу, выхватывая из толпы самые жадные взгляды.
Ее пальцы скользнули по металлу, прежде чем она закинула ногу, демонстрируя безупречную линию бедра. Вращаясь, она чувствовала, как воздух рассекается вокруг нее, как сотни взглядов прилипают к каждому изгибу ее фигуры.
Длинные каблуки, добавляли ей высоты, делая ноги бесконечными, а кружевное красное белье лишь намекало на то, что скрыто, разжигая воображение. Вторую ногу она забросила с той же легкостью, вытянув ее в стремительной линии, а рука взметнулась вверх, будто она ловила что-то в воздух.
Девушка откинула голову назад, позволяя волосам коснуться пола, а затем, с медленной грацией, поднялась, скользя по шесту. Тело, словно лишенное костей, продолжало обвивать холодный металл, каждый мускул напрягался и расслаблялся в идеальном ритме, подчиняясь не только музыке, но и чему-то заложенному в самой ее крови. Вращаясь в стремительном пируэте, она на мгновение зависала в воздухе, словно бросая вызов земному притяжению, а затем снова притягивалась к шесту, как будто между ними существовала незримая магнитная сила, не позволяющая ей улететь в темноту зала.
Свет софитов, пронизывая дымную завесу, скользил по ее коже, подчеркивая каждый изгиб, каждую тень, играя на влажном от легкого испарины теле, превращая его в живое полотно, где свет и тьма сливались в единый, дышащий шедевр. Ее руки, то нежно обнимающие шест, то резко отталкивающиеся от него, казались то крыльями, то цепями, а ноги, завернутые вокруг металла, то сжимались в тугой пружине, то распрямлялись в бесконечной линии.
Музыка проникала в каждую клеточку тела, заставляя сердце биться в унисон с басовыми ударами, а дыхание синхронизироваться с ритмичными перекатами. Она не просто слышала музыку, она чувствовала ее кожей и это было больше, чем танец.
Захватывая шест выше, она медленно поднималась, ее бедра скользили по металлу, оставляя на нем едва заметный след, а затем, достигнув вершины, резко перевернулась вниз головой, позволяя волосам свободно падать к полу, черным водопадом, почти касающимся земли. На мгновение она замерла, а потом, с плавной силой, начала опускаться вниз, спираль за спиралью, ее тело извивалось вокруг шеста.
И когда музыка достигла кульминации, она резко соскользнула вниз, ее тело вытянулось в последнем, совершенном движении, а затем, с едва заметной улыбкой, она отпустила шест, сделав шаг назад. Пальцы медленно поползли за спину, скользя по влажной коже, и замерли у крючков с томной нерешительностью, давая зрителям время осознать неизбежность происходящего. Затем с едва уловимое движение, застежки покорно расстегнулись, выпуская на свободу упругую грудь.
Кружевной лифчик, еще секунду назад нежно обнимавший ее формы, внезапно потерял всякую опору и соскользнул вниз, опускаясь на отполированный до зеркального блеска пол, где тут же превратился в простое пятно ткани, лишенное былого очарования.
Пальцы снова впились в холодный металл шеста, разгоряченная кожа мгновенно ледяное прикосновение стали к пылающему телу, от которого по спине пробежали мурашки. С мощным движением, девушка оттолкнулась от земли, мгновенно перенеся весь вес на руки. Мир вокруг превратился в размытое пятно, когда она начала стремительное вращение.
разухабистая дорога часть 2