обязательно сойдёт с ума. Неужели и я уже занёс ногу над этим капканом? Проверить это совсем несложно. Коснувшись спины Фины, пропускаю через её тело немного энергии света. Порождению тьмы это причинило бы невыносимую боль. Но стоящая на четвереньках девушка никак на это не отреагировала. Выходит, передо мной всё же не демоница, а страстная, легковозбудимая девчонка. От этой мысли гора падает с плеч. Резко вхожу в Фину, и, наконец, делаю то, ради чего пришёл.
Поначалу засаживаю ей резко и до упора, но потом слегка ослабляю напор, и переворачиваю девчонку на спину. Собачья поза так-то получше, но мне больше нравится видеть во время секса лицо девушки, а не её пятую точку, какой бы красивой и упругой та ни была. Контролируя темп фрикций, откидываю руку Фины в сторону, когда девчонка касается своего лобка, и начинает его поглаживать. Подгонять себя и заниматься самоудовлетворением будешь в другой раз. А сейчас ты кончишь от моего члена. Похоть – не единственный мой грешок. Капелька эгоизма мне тоже присуща.
Вскоре Фина вздрагивает и выгибается мне навстречу, а внутри неё всё сжимается. Молодец, ангелочек. Я в тебе не сомневался. Снизив напор, продолжаю засаживать кончившей девчонке, а когда понимаю, что сдерживаться больше не могу, резко выдёргиваю член и изливаюсь Фине на живот. Вытирать семя с кожи девчонка не торопится, зато мой член в порядок незамедлительно приводит, использовав свой умелый язычок. Чувствуя себя заново родившимся, неторопливо одеваюсь, всё же поинтересовавшись, как же Фина здесь оказалась. Но девчонка своей истории делиться желанием не горит. Не став настаивать, оставляю на подушке рядом с девушкой серебряную монету. Остальное передаю хозяйке заведения, хвалю отзывчивую девчонку, после чего покидаю увеселительное заведение.
Но не успеваю отойти от борделя и на пятьдесят метров, как хорошее настроение портят громкие женские вопли. Резко сорвавшись с места, бегу на крик, и натыкаюсь на испуганных парня и девчонку, решивших уединиться в переулке. Неподалёку на земле валяется неподвижная фигура в белой мантии и белом плаще. Парочка тут же убегает, а я подхожу к покойнику, наклоняюсь и переворачиваю мертвеца на спину. Знакомое лицо. Как же его зовут, точнее звали? Кажется, Ашрет. Очередной бывший дальфарский инквизитор. Уже четвёртый по счёту за последние две недели, если память мне не изменяет. Да и почерк тот же самый. Залитая кровью шея буквально разорвана в клочья, будто на бедолагу накинулись голодные волки. Ранее Ансела высказала предположение, что кто-то призвал инфернальную гончую, и открыл охоту на бывших дальфарских инквизиторов, перебравшихся в Аталию после того, как король Леонис распустил “Орден Света” на территории своего королевства. Насчёт охоты она, судя по всему, права. А вот с гончей ошиблась. Не тот характер травм. Если бы Ашрета растерзал демонический пёс, его бы потом и мать родная вряд ли бы сумела опознать. Видел я, на что эти твари способны, и даже на своей шкуре почувствовать успел. С дальфарцем разделался кто-то другой. Кто бы это ни был, надеюсь, эта тварь вернулась обратно в Бездну. Хуже, если она всё ещё остаётся в Триселе, и скоро нанесёт новый удар.
Размышления об убийце Ашрета прерывает топот. Повернув голову в сторону, замечаю трёх стражников, один из которых тут же берёт меня на прицел арбалета, приказав поднять руки и медленно выпрямиться. Неудивительно, что они не признали во мне храмовника. В чёрных штанах и серой рубахе с короткими рукавами я больше похож на обычного горожанина или крестьянина. Не люблю повсюду шляться в белой мантии. Не идёт она мне. Назвавшись инквизитором, показываю страже свой медальон, затем забираю
Удачный Вечерок