медальон мёртвого собрата, и вместе с ним решаю наведаться в храм, чтобы рассказать о случившемся.
***
ЭЛСИД
Старшего инквизитора Балика в храме не оказалось, поэтому известием о смерти Ашрета решаю поделиться с кем-то другим. И вскоре натыкаюсь на Анселу, которой всё и рассказываю. Наши отношения не заладились с первой же встречи. Главным критерием при вступлении в Орден, помимо желания служить Светлейшему, было наличие магических способностей. Происхождение и статус неофита особой роли не играли. Нам пытались внушить, что Орден Света – это одна большая дружная семья, а все адепты в ней братья и сёстры. Звучало неплохо, но работало исключительно на словах. Я был сыном разорившегося башмачника, покончившего с собой, в то время как Ансела – дочерью богатого и влиятельного лорда. Глупо было ожидать, что она будет относиться ко мне как к равному, даже несмотря на то, что как маг я был сильнее неё. Оскорбить меня прилюдно Ансела никогда не пыталась, но пренебрежение в её взгляде не разглядел бы только слепой. Впрочем, как на навоз под ногами она смотрела не только на меня, за что другие вполне заслуженно считали её высокомерной сукой. Однако позже случился инцидент, который многое изменил.
Нам предстояло взять под стражу одного аптекаря. Кто-то донёс, что он тайком готовит и продаёт запрещённые зелья и обереги. Яростного сопротивления мы не ждали, но пару стражников на всякий случай с собой прихватили. Вот только когда мы пришли по его душу, аптекарь был уже мёртв, а на нас накинулась какая-то уродливая тварь демонического происхождения. Никто к такому был не готов. Демон тут же превратил одного стражника в кровавое месиво, в то время как второй, выронив оружие, тут же дал дёру, от чего инфернальная тварь тут же переключилась на нас. Потом Ансела объясняла, что демон каким-то образом сумел её парализовать. Возможно, так всё и было. А может она впала в ступор, и стояла как истукан, потому что впервые столкнулась с такой тварью лицом к лицу. Не магия её парализовала, а страх. Какая из этих версий правильная, теперь можно только гадать.
Как бы то ни было, когда в Анселу полетело что-то, отдалённо напоминающее кипящее масло, она даже не попыталась уклониться или защититься. Сейчас-то понятно, что разумнее и правильнее было тогда сбить её с ног, ведь счёт шёл на секунды, ведь выставить защитный барьер мне бы не удалось. Но вместо этого я закрыл Анселу своим телом, приняв удар на себя. Никакими словами не описать, насколько в тот момент мне было больно. Вышедшая из ступора девушка тут же поспешила запереть эту тварь в непроницаемую магическую клетку, затем попыталась оказать мне помощь. Её целительские навыки оставляли желать лучшего, зато удерживающая беснующуюся тварь преграда оказалась довольно прочной. Она сдерживала беснующего демона достаточно долго, пока подоспевшая подмога в лице двух инквизиторов не превратила эту мерзость в пепел. После того случая уровень высокомерие Анселы заметно снизился ко всем в целом, и ко мне в частности. Больше никогда я не видел в её взгляде ни малейшего намёка на пренебрежение.
Позже, когда в её семье случилось несчастье, именно ко мне Ансела пришла за утешением. Как мог, я её тогда утешил, в процессе выяснив, что ещё до прихода ко мне Ансела успела расстаться с девственностью. Когда и при каких обстоятельствах, значения не имело. То, что я у неё не первый, ничуть меня не расстроило. Сам я нарушил обет целомудрия гораздо раньше. Это все эти лицемеры благородные пекутся о том, чтобы невеста до свадьбы и первой брачной ночи оставалась невинной, хотя
СВЕТА. ПЕРВАЯ ТРОЙКА.