застаёт меня врасплох. Как Дирджек об этом узнал? Неужели Таюс проболтался? Да нет, вряд ли. На него это совсем не похоже. Хотя, стоп! Кто сказал, что Дирджек не блефует? Он может лишь строить догадки, но не более того.
— Понятия не имею, о чём ты. Если имеешь в виду нашего отца...
— Да насрать мне на него! – резко перебивает меня Дирджек, слегка повысив голос. – Будь у меня возможность, я бы этого поганого маркизишку удавил бы собственными руками. Не о нём сейчас речь.
— Нет, я не смогу дистанционно прикончить Таюса. Думаешь, будь у меня такие силы, стала бы я просить тебя о помощи с поиском храмовников?
Дирджек даже не пытается скрыть разочарование.
— Вряд ли, - бормочет он как-то уж слишком обречённо.
Потеряв интерес к разговору, Дирджек уходит. Культ, значит, а заодно и нехорошие слухи. Интересно. Версию Дирджека я услышала. Теперь осталась послушать, что скажет Таюс, о местонахождении которого, вопреки ранее сказанному, я на самом деле знаю.
***
АНТЕЙ
Находясь в заточении, всеми силами стараюсь отогнать дурные мысли, но они всё никак не уходят. Надеясь, что это хоть как-то поможет отвлечься, прошу Брису что-нибудь спеть. И это действительно помогает. Поёт моя невеста хорошо. Прикрыв глаза, просто наслаждаюсь звуком её мелодичного голоса. Однако идиллия длится недолго. Прерывают её двое тюремщиков, пришедших за Брисой. Они открывают дверь её камеры, вытаскивают оттуда мою невесту, и куда-то уводят, игнорируя мои выкрики. После их ухода начинаю со всей силы бить по решётке, но лишь отбиваю об неё ноги. От бессилия хочется всё крушить и ломать, но увы, кроме собственных костей, ломать здесь больше нечего.
Пока расхаживаю по камере из стороны в сторону, всепоглощающая ярость сменяется отчаянием. Перед глазами одна за другой мелькают мерзкие картины, как эти твари насилуют мою невесту, а она никак не может им помешать. А ведь всего этого можно было избежать, обойди мы Винтрес стороной. Если бы Бриса не связалась с этими проклятыми артистами, подставы удалось бы избежать, и мы остались бы на свободе. Но это вовсе не значит, что всё случившееся – вина моей невесты. Если кто во всех наших бедах и виноват, то только я. Мало того что потащил Брису за собой, не подумав о возможных последствиях, так ещё и защитить её никак не смог. А ведь возможность всего этого избежать у меня была. Надо было не с кулаками на того рыцаря бросаться, а взять всю вину на себя, сказав, что это я положил украденные чаши в сумку. В темницу меня бы за это бросили, но хотя бы Бриса осталась бы на свободе. Очень жаль, что столь дельная мысль пришла мне в голову только сейчас.
Спустя минут тридцать после того, как уволокли брыкающуюся Брису, настаёт и моя очередь. Но приходят за мной не тюремщики, а та самая смуглая незнакомка, что ранее предупредила меня о грядущей облаве.
— Вот мы и снова встретились, - обращается ко мне смуглянка.
По-хорошему, надо бы на это что-то ответить, но делать этого совсем не хочется. Не настроен я сейчас на болтовню.
— Скажи, но только честно – хоть я и сказала тебе заглянуть в Винтрес, ты же не собирался этого делать, верно? – интересуется незнакомка.
— Какая теперь разница, что я собирался или не собирался делать? – нехотя поддерживаю разговор.
— Никакой. Просто любопытно.
Удовлетворять её любопытство не спешу, да и разговаривать дальше желанием не горю.
— О подружке своей не переживай. Ей пока ничего плохого не сделали, - вдруг заявляет незнакомка.
Мамино лечение. часть 2