Его огромный стояк нависал над головой Ники как инструмент пыток, а не удовольствий. При желании, Денис мог просто убить им, разорвав внутренности. Также, как это случилось с юной шлюхой, которая посоветовала наркоту.
Порошок попал под язык и Веронику Костину снова накрыло через несколько секунд.
Медленно поднявшись с земли сначала на локти, а потом и на четвереньки, голозадая женщина осмотрелась.
Солово глянув на Соломатина, она усмехнулась и вдруг молча поползла к мужу и дочери. Втиснувшись плечами и лицом между двух пар раздвинутых ног, Ника немного полюбовалась на распахнутую вагину дочки, протекающую на член и яйца струйкой крови.
— Так легче, доченька? – почти равнодушно спросила мать, лизнув нежный, распухший клитор девочки. Она хорошо помнила, как это бывает и искренне хотела облегчить «первый раз» для Лизоньки.
Влага языка перекрыла боль от первого секса, и Лиза благодарно кивнула.
Лизка не удивлялась поступку матери. Напротив, вид обнаженного тела Ники вызывал в теле девочки ещё большее возбуждение. Соски школьницы окатывало щекоткой, скользкая щель приятно сжималась вокруг члена, забыв про саднящее ощущение разрыва.
— Да, так легче, - вздохнула Лизка, блаженно закрывая глаза. – Спасибо мама... - полушепотом добавила она, снова насаживая себя на крепкий стояк как на вертел.
Картина семейной гармонии выглядела просто идеально, среди уютного летнего вечера и пения ночных птиц. Тела заполняло наслаждение. Возбуждение на заднем дворе Костиных росло неистовыми скачками, сводя с ума тела и сознание всех кроме Дениса.
Картину немного омрачала кровь, капающая из уголка разбитых губ Вероники. Но этого не замечал никто кроме Дениса.
Это всё было бы красиво и нежно, как в отличном эротическом фильме, если бы не легкий запах естественных испражнений Синицкой. Неестественность происходящего выдавал и ледяной пот от наркоты на лбах Костиных и их рыжей гостьи.
— Алло, Миш? – набрал номер телохранителя Денис, отдышавшись после боя с отрезвевшей Никой, – Ты снимаешь, всё нормально?
— Снимаю, Денис Владимирович... - отозвался парень, сидевший в крузаке за забором. – Это реально семья родная? – выждав паузу, потрясенно спросил он.
— Да, - коротко ответил Слон и на редкость довольно усмехнулся, глядя на то, как отец трахает стонущую дочь, а стоящая раком мать лижет ему яйца и её клитор.
— Полный пиздец... - выдохнул на том конце провода телохранитель. Как они жить будут после такого? Я бы застрелился потом, в пизду такое! – искренне удивился он. – Завтра ведь всё равно вспомнят, что натворили...
— Во-первых: жить нормально они уже не будут, для этого я сюда и приехал, - отозвался Слон, мрачновато глядя на еблю отца, матери и дочери. – А во-вторых: мне просто похуй... - холодно договорил он и завершил звонок, продолжая любоваться происходящим по его воле.
Известная на весь город семья Костиных, сплелась во влажной и пьяной оргии, наслаждаясь друг-другом.
Тела стонали, качались и мокли, двигаясь в едином ритме удовольствия. Сплетение троих напоминало абстрактную картину. Член отца семейства покидал влагалище дочери, купался во рту жены и возвращался к вагине Лизы, снова утопая в теплых соках нежной девочки.
Неебанной до сих пор оставалась только Синицкая.
Стоявшая на четвереньках, роскошная рыжуля часто облизывалась и в нетерпении виляла задницей, неотрывно глядя на групповой секс семьи Костиных.
Ещё никогда в жизни она не испытывала такого адского желания.
На самом деле и Миша и Слон отчасти ошибались. Изменения, происходившие в телах и сознании Костиных здесь и сейчас, были необратимы. Каждый из них, просто раскрывал свои давние, тайные желания, а не перешагивал через запреты.
Удовольствие для Сергея и особенно для женщин, было совершенно искренним. Принятая химия разрушила в Лизе, Алёне и
Девушка из соседнего офиса (часть3)