«Ничего не понимаю. Зачем... зачем ему просить меня залазить под стол, если он не собирается заставлять меня сосать ему? И если не минет, тогда что он хочет?»
— Но, я вас понял. Видимо, я все же был прав, когда говорил о вашем желании работать. Жаль, конечно. Ведь сначала вы мне показались очень хорошей и ответственной учительницей.
«Нет, я не могу просто так отпустить его. Мне нужна эта работа. И, если ему не минет от меня нужен, тогда, я думаю, я могу сделать то, что он просит...»
— Хорошо, я... я сейчас заберусь под стол.
— Уверены? Может, лучше просто зайдете ко мне, заберете документы, и уедите? Вы ведь не хотите здесь работать все равно.
— Я хочу здесь работать, — ответила мужчине Нина, начав опускаться вниз. — Очень хочу.
— Что ж, тогда я дам вам еще один шанс, чтобы вы могли показать себя.
«Как это унизительно... Я под стол залазила только в детстве, когда была совсем маленькой. Еще бы знать, для чего ему это нужно...»
Когда Нина оказалась под столом, мужчина подкатился к нему на стуле, как бы закрывая женщину внутри.
— Что теперь? — спросила Нина, немного запаниковав, и не сводя взгляда с обнаженного члена, который она теперь могла гораздо лучше разглядеть.
— Возьмите мой член в вашу ручку, — услышала она ответ мужчины.
— Но вы ведь говорили...
— Просто возьмите его в руку. Вам не придется сосать его.
—. ..
Нина колебалась, не зная, как ей поступить. С одной стороны, ей очень не хотелось делать того, что просил мужчина, но с другой... От этого зависело ее будущей, и женщина понимала, что ей нужно это сделать.
— Ладно, я пошел в свой кабинет. Я устал от этого уже. Я думал, что вы... Ооох!
Мужчина застонал, когда почувствовал, что Нина Геннадьевна все же сделала то, что ему было нужно.
«Какой... стыд... Но у меня просто нет другого выбора. Я не могу потерять работу...», — подумала про себя учительница, начиная чувствовать своей ладонью, как мужской член в ней начинает становиться больше и больше.
Часть 4. Конфликт
Нина Геннадьевна сидела под столом, ощущая, как горячая плоть директора пульсирует в ее ладони. Ее пальцы, сначала нерешительно обхватившие член, теперь двигались чуть увереннее, подстраиваясь под ритм, который, казалось, сам собой возникал в этой нелепой и унизительной ситуации. Она старалась не смотреть на мужчину, чье лицо скрывалось за краем стола, но его тяжелое дыхание, прерываемое редкими стонами, доносилось до нее отчетливо. Щеки Нины горели от стыда, а внутри все сжималось от смеси отвращения и странного, почти животного возбуждения, которое она не могла до конца подавить.
«Это ради работы, только ради работы», — твердила она себе, пытаясь заглушить внутренний голос, который шептал, что ее тело уже давно предало разум. Ладонь скользила по члену, и Нина невольно отметила, что он был куда толще и тверже, чем она ожидала. От этой мысли ее киска предательски сжалась, и женщина стиснула зубы, чтобы не выдать себя ни единым звуком.
— Ну вот, Нина Геннадьевна, видите, как все просто, — голос директора звучал хрипло, с ноткой самодовольства. — Вы ведь можете быть послушной. И если будете такой же сговорчивой, я даже подумаю, как Вас поощрить. Может, премию выпишу... или кабинет получше дам.
Нина молчала, сосредоточившись на своих движениях. Ей хотелось, чтобы это закончилось как можно скорее, но мужчина явно не торопился. Его бедра чуть подрагивали, а рука, лежащая на столе, сжималась в кулак каждый раз, когда учительница невольно ускоряла темп. Она знала, что он наслаждается не только процессом, но и
Головная боль